Марина Юденич
Нефть

вы спрашиваете меня, существует ли практика, когда соответствующие структуры одной сверхдержавы пытаются моделировать экономическую, общественно-политическую, социальную и прочие ситуации в другой сверхдержаве сообразно со своими геополитическими интересами? И управлять этими ситуациями, по мере собственных возможностей и в соответствии с практикой, сложившейся в данный момент? - он даже улыбается, настолько идиотским оказался мой вопрос в такой интерпретации.
    - Практика, безусловно, существует. Странно было бы другое. Кстати, что значит: «в соответствии со сложившейся практикой»?
    - То, что сверхдержавы, как правило, руководствуются не нормами права, а одномоментной практикой решения тех или иных вопросов, сложившейся на основе: а) собственной внутренней ситуации, б) баланса взаимоотношений между ними. Иными словами, что позволяют им внутренние и внешние оппоненты. Была вот когда-то практика - намеревались высадить в почву десяток ракет с ядерными боеголовками, тут, неподалеку, как капусту в собственном огороде. Сегодня сложившаяся практика - это Ирак. Изменится ситуация - сложится другая практика.
    - А изменится?
    - Всенепременно. Уже меняется. Притом ощутимо. Но я не занимаюсь политическим прогнозированием.
Здесь - на каком-то этапе, кстати, возможна уже та самая вербовка, о которой вы так бодро отрапортовали вначале. Но можно обойтись и без нее. Конклюдентная форма сделки. Знаете ведь, что это такое?
    - Помню. Из гражданского права. Молчаливое согласие.
    - Именно. Молчаливое. С одной стороны - гранты без счету, издание грошовых книжонок за приличные гонорары, публичные лекции, для десятка скучающих первокурсников в заштатном провинциальном университете - по ставке гарвардской профессуры. Политическая поддержка. Любезный вашему сердцу PR. Ну, и так далее, и тому подобное, от дешевых квартирок в Париже до бесплатных перелетов первым классом. А сладкий мед будто бы «международного признания», а трепетное - «правозащитник»? Все как из рога изобилия. И совершенно понятно - что взамен. Хотя напрямую - об этом, возможно, не сказано ни слова. И он почти не лукавит, когда яростно опровергает обвинения в продажности.
 Были ли в руководстве СССР агенты влияния? И если да - то кто персонально. Андропов, к примеру? О нем в этой связи говорят больше всего, не замечали? Так вот, я убежден - не был. Хотя проблема и даже некоторая предпосылка для такого суждения была. Помните, во времена СССР был известный анекдот: «Кто самый лучший йог в СССР?
    - Фельдман.
    - Почему???
    - Потому что он прожил 75 лет, затаив дыхание». То же самое я могу сказать про Андропова. История его происхождения, а вернее - история еврейских корней по линии матери, изрядно определила его характер и психику. И деформировала их. Неординарный, умный человек, всю жизнь он прожил с серьезным моральным изъяном, постоянным страхом разоблачения. Учтите при этом, что в молодые годы он был свидетелем борьбы с космополитизмом. Кстати говоря, в ту пору его чуть не посадили по соответствующему доносу. Широко известен факт о том, как, уже будучи председателем КГБ СССР, Андропов встречался с доносчиком - бывшим секретарем Калининградского обкома КПСС. Никто, однако, никогда не вспоминает о сути того доноса - а он был именно о том, что Андропов скрыл свое происхождение. Можно ли считать этот факт - основой для работы вербовщиков? Безусловно. Имел ли место факт вербовки? Убежден, что нет. Происходило другое, возможно - более страшное. Он знал, что тайна его происхождения известна руководству страны, и Брежневу - лично, тем более - в период «развитого антисемитизма» - и в силу этого порой вынужден был быть более жестоким, чем того требовала ситуация. Потому что знал, что в любой момент ему могли намекнуть на некую объяснимую лояльность. Потому - не было никакой необходимости превращать его в агента влияния. В силу раздвоенности личности - он был и так ослаблен, подвержен влияниям, и - следовательно - вреден для спецслужб. Увы. Горбачев? Фигура загадочная. Был момент, когда он исчез из поля зрения нашей резидентуры, находясь за границей. Был ли он впрямую завербован? Не думаю. Яковлев? Допускаю вполне. Человек, у которого все сошлось - тяжелая юность, страшное детство, быстрый взлет и продвижение к высшим иерархическим ценностям Советского Союза, желание добиться еще большего в этой иерархии. Кстати, и технически условия его вербовки сложились блестяще - он оказался послом в одной из самых удобных стран - в Канаде. Не думаю, что он давал подписки - да мы, собственно, и говорили о разных подходах к вербовке агента, - но все говорит о том, что он находился в прямом контакте с лицами, которые определяли судьбы мира.
    - А Бурбулис?
    - Это новая поросль. Уже не агенты. Мальчики из папки. Подобранные, призванные, приласканные. Это были уже никакие не агенты - подопытные кролики. Их находили, приглашали, привечали - вплоть до того, что одевали… Забавные, скажу я вам, складывались метаморфозы, хотя и мелкие, до обидного. Вот выезжает какой-нибудь толковый парнишка учиться или стажироваться, словом - осваивать скромный грант малоизвестной неправительственной организации или университета, в университетских кругах - мягко говоря - не очень признанного, а возвращается… Ничего вроде бы не изменилось. Но что-то в глазах - потом понимаешь, не в глазах - на шее. Галстук. Дорогой. Или ботинки. Ну, что-то из категории Baly. Но он уже знает, что это дорого и это есть некий символ - как значок на лацкане, университетском пиджаке. И он уже понимает, что его выбрали, причислили, пока не задорого, за галстук, но если постараться. Ему уже объяснили перспективы. И он готов. Полагает, что ставленник - один из ставленников, которым - вот, не сегодня-завтра, доверят новую страну. И не ведает, глупыш, что на самом деле всего лишь кролик. Или мышонок. Готовый в нужный момент, если подойдут биометрические параметры, послужить человечеству. Вернее - некоторой его части. Они и расписаны были соответственно, похоже на лабораторные описания.
    - А зачем им понадобились эти лабораторные мальчики, если были серьезные люди, официально завербованные, - как было принято у нас, или, следуя американской традиции, просто взятые под крыло. Единомышленники. У власти. У денег. У истоков принятия решений.
    - Ну, было же ясно, что времена меняются. И даже Яковлев - что бы там ни говорили про него и как бы долго он ни просуществовал политически… И физически, кстати - тоже… Уйдет. А главное - уйдет система.
период первичного накопления капитала - зачастую именно так. Но смею напомнить, что этот период закончился уже очень давно. С той поры в мире сложились разные - по величине и степени влияния - группы людей, которые просто не могут допустить этого самого первобытного первичного накопителя - уж тем более целую популяцию накопителей - к дележу пирогов, которыми - смею заметить - питается большое количество людей. Едва ли не к тем семи хлебам, которые бескровно и справедливо мог разделить только один человек. Прочие - не обучены.
  Возьмите один лишь пример - Итон. Фабрика клубных пиджаков? Дудки!!! Холодный застенок, колония для малолетних преступников. Бесконечная муштра и палочная дисциплина. Настоящая порка - по крайней мере, раньше. Сейчас, говорят, как-то обходятся без нее. Даже странно. Холодная вода в умывальниках. Грубая, скудная пища. Жесткие матрасы и тонкие, колючие одеяла. Учеба до помутнения рассудка - математика и латынь, логика, риторика, древнейшая история. Но едва ли не самое главное - культ физической силы, здорового тела. Спорт, спорт, спорт - возведенный в ранг религии. «Победа при Ватерлоо ковалась на спортивных площадках Итона» - это, кажется, Веллингтон. Впрочем, мне по душе пришлась другая цитата. Джонатан Эткин, отставной военный министр и экс-депутат Британского парламента, уличенный в финансовых махинациях, отправляясь за решетку, философски заметил: «После Итона тюрьма не испугает». Готов подписаться под каждым словом. Причем, если потребуется, собственной кровью. Никак не иначе. Надо ли говорить, что дружба, родившаяся в таких условиях, неизменно становится настоящей. Верной. И долгой. Как правило - на всю жизнь.
    Впрочем, сюда ведь идут главным образом, чтобы потом дружить. Ради этого стоило потерпеть. В Итоне учились едва ли не все бывшие короли Великобритании и ее премьеры, за исключением, разумеется, дочери бакалейщика - железной леди туманного Альбиона. А кто знает - сколько будущих? И не только Великобритании. Об этом помнят
 вам ведь известна, безусловно, главная тайна британского газона.
    - Кажется, он растет триста лет.
    - То же самое можно смело отнести к системе сосуществования мировых элит. Ей триста лет. И даже больше. Потому ни о каком справедливом - ну, или хотя бы относительно справедливом встраивании мальчиков в красных пиджаках в ряды мальчиков в клубных пиджаках не могло быть и речи. Вожди племени мумбу-юмбу не избираются на заседании клуба джентльменов из числа самих джентльменов. Их приводят к власти, изучив предварительно множество аспектов - от строения черепа и сексуальных предпочтений до склонности к мздоимству и позднему энурезу. Однако ж все это - сущие пустяки. Вождь может до глубокой старости писаться в постель и даже - по случаю - предаться каннибализму, главное.
    - Он должен был быть наш сукин сын.
 Когда сначала - под белые ручки ведут к власти воинственного психопата, потом долго разводят с ним политес, а потом развязывают беспрецедентную бойню. Когда сегодня мы - радикальные державники, а завтра - оголтелые либералы. Когда один и тот же персонаж, нисколько не меняясь и не скрывая ничего из собственной сущности, сегодня зван, обласкан и при высоких должностях, завтра - враг и изгой, а послезавтра - снова герой и друг. Потому, возможно, сегодня мне импонирует Путин. Он последователен, и - в этой последовательности - не подвержен ничьему влиянию.
 это довольно страшная традиция, потому что близким к телу может оказаться постельничий или парикмахер. А ни один механизм государственного регулирования не предусматривает регламент назначения и освобождения постельничего или парикмахера. Его, постельничего или парикмахера, невозможно легитимно отстранить от государственной власти, которую он - в принципе - осуществляет. И повлиять на него невозможно. И проконтролировать его нельзя. Кстати, в этой связи все разговоры о демократизме Б.Н. кажутся, мало говоря, неубедительными. И никакую не Демократию - именно так, с большой буквы - он отстаивал так яростно и безоглядно.
    Собственную власть, а вернее, собственные позиции во власти,
Он, кстати, противостоял чему-то, когда мог, и понимал, о чем речь. Но выше мы уже говорили о его слабостях, из которых алкоголизм была отнюдь не самой пагубной для страны. Вот, играя на этих слабостях - патологической жажде власти, мнительности, подверженности влияниям, - его попросту отвлекали от процессов, на которые ему не следовало бы обращать внимание, иными словами - которые он бы мог остановить и развернуть вспять. И эти отвлечения - скажу я вам - были отнюдь не детскими самодеятельными постановками.
 Тут на первом месте, безусловно, - конфликт с Верховным советом и начавшаяся - а она началась, слава богу, только в Москве - гражданская война. Можно ли было смягчить, а позже и остановить противостояние? Безусловно. Но каждый раз, когда стороны - абсолютных идиотов и с той и с другой стороны было не так уж много - так вот, когда стороны вроде бы делали шаги навстречу, происходило что-то, что разводило их еще дальше друг от друга. Пропасть ширилась. А время шло. А задача - напомню - была именно выиграть время. Ни Ельцин, ни уж тем более Хасбулатов с Руцким никого не интересовали всерьез. И минул год 1993-й. А в 1994-м - взорвалась Чечня.
 А народу остается один воздух, воздушная подушка, на которой всем кажется - будто бы мягко и высоко, но стоит только проколоть гвоздем эту подушку, как все сядут в лужу.
эпоха уплотнения властей завершилась.
    - Уплотнения властей?
    - Это когда три первых уплотнились для вида и для красного словца, чтобы временно допустить до правительственной лавки четвертую. Знаете, как на деревенской свадьбе - объявился гость, шумный, скандальный, эдакий амбициозный гордец, ну и потеснились гости на почетной лавке по правую руку от женихова отца, пригласили гостя присесть, выпить. Тот - понятное дело, загордился еще больше, и ел, и пил без всякой меры - ибо был не так, чтоб уж очень сыт и пьян, и говорил много, напыщенно, и к нему даже какое-то время прислушивались за столом, хотя на селе мужичонка был так себе - не авторитет. Но кончилось все быстро, напились гости - перебрал шумный односельчанин, дальше - как водится, слово за слово, и вот уж - глядишь - легким пинком пикирует с крыльца наш герой.
    - Не жалуете вы прессу.
    - Смотря какую. Я - вообще - не жалую людей, не понимающих своего предназначения в жизни.
Сказанное, а вернее, написанное Александром III перед смертью: «Помни - у России нет друзей. Нашей огромности боятся».
Приехали натасканные американские политтехнологи, привезли затасканные американские технологии - в любой другой стране провалились бы с треском, но Россия к таким вещам была еще непривычна. Моя старушка соседка в Москве, врач, между прочим, и неплохой, едва не отправилась к праотцам, поглотив какую-то таблетку. «Зачем же вы ее пили? На аннотации какой-то неразборчивый бред, ясно же, что фальшивка?» Знаете, что она мне ответила? «Так ведь по телевизору сказали». Совсем не старая еще интеллигентная женщина, москвичка, с высшим образованием. Она еще не научилась отличать рекламу от информации. Что уж говорить об основной, как это у вас принято выражаться, «электоральной массе». Потому в Россию в ту золотую для технологов пору можно было вести любое старье, и оно сработало за милую душу. Нет, основная идея кампании - страх перед возвратом коммунистического прошлого была, безусловно, верна. И медийно обыграна неплохо.

«делать через жопу» не всегда означает делать плохо, иногда - нетривиально.

представь себе. Маленький, талантливый, но слабый мальчик-скрипач, разумеется, подвергается жесткой обструкции со стороны дворовых мальчишек. Заступников у мальчика нет - ну, вышло так - ни папы, ни старшего брата… Сам он трусоват - драки боится. Жалуется маме, хнычет, взрослые одергивают сорванцов. Но любви к маленькому скрипачу это - понятное дело - не прибавляет. Тогда он придумывает - и верит в собственный личный миф - больших и сильных друзей, ребят откуда-то издалека, из другого двора, улицы, города. которые придут и накажут обидчиков. Накостыляют им по шее. И жить становится веселее. Потом мальчик вырастает. И происходит перенос детского комплекса и детского мифа во взрослую жизнь - обидчикам-властям противопоставляются заступники-власти из дальних стран. А вернее, страны - Соединенных Штатов Америки. Так вот - собственно - почему российская интеллигенция испытывает такой - едва ли не сакральный - трепет перед США. Я, к примеру, не склонен списывать все исключительно на счет голодного (тогда еще) российского бытия, меркантилизма и витальной зависимости от грантов.