Ф. Бейли Миссия в Ташкент,М.2013
Книга британского подполковника Фредерика Маршмана Бейли, кавалера ордена Индийской империи (С.I.E.), написанная им о его дипломатической и разведывательной миссии в советском Туркестане в Ташкенте, а также в Бухарском эмирате в период с лета 1918 года по январь 1920 год. А также его секретный отчет своему руководству об этой миссии, написанный им после возвращения из советского Туркестана.
ПРОФЕССОР ОТ ИНФАНТЕРИИ

Фредерик Маршман Бейли родился 3 февраля 1882 года в Лахоре в Британской Индии (в настоящее время это город в Пакистане) в семье британского офицера, которого тоже звали Фредерик. Свое образование Эрик, которого так звали родственники и друзья, чтобы не путать его с отцом, получил в элитных учебных заведениях Великобритании — в школе Веллингтон и военном училище Сент-Хёрст. Затем он начал свою службу в индийской армии в качестве младшего офицера. Имея прекрасные лингвистические способности, он овладел рядом азиатских языков, что позволило ему быть неоценимым членом многих исследовательских британских экспедиций в Азии. Так, например, в 1904 году он в качестве офицера, владеющего тибетским языком, побывал в запретном тибетском городе Лхаса в качестве члена экспедиции полковника Френсиса Янгхазбенда, посланной лордом Керзоном. Позже он совершал исследовательские поездки в неизвестные европейцам районы Тибета и Китая, где он собрал уникальные коллекции птиц, бабочек и растений, в том числе из одной такой экспедиции он привез образец неизвестного ранее гималайского голубого мака, который впоследствии был назван его именем. За эти исследования накануне Первой мировой войны Бейли был награжден наивысшей наградой Британского Королевского географического общества — Золотой медалью.

В период между 1905 и 1909 годами Ф. М. Бейли занимал должность британского торгового агента в Гаянце, являвшейся прикрытием для политической разведки в южном Тибете. В 1911 году он входил в качестве офицера разведки в состав Британской военной экспедиции в северном Ассаме. В 1914 году капитан Бейли был удостоен престижнейшей медали МакГрегора, названной в честь бывшего главы разведки Индийской армии, за исследовательский вклад в дело обороны Индии.

Летом 1914 года Бейли находился в отпуске в Шотландии. За свои выдающиеся заслуги он был посвящен английским королем Георгом V в кавалеры ордена Индийской империи и прочитал лекцию в Королевском географическом обществе о своих путешествиях по Тибету и Центральной Азии. В августе 1914 года, после начала Первой мировой войны, он вернулся на военную службу и отправился во Францию с Индийским Экспедиционным корпусом, где командовал индийскими стрелками, будучи офицером, говорящим на языке урду. После осложнения, вызванного ранением в руку немецким снайпером, он был эвакуирован в госпиталь в Англию. После выздоровления Бейли был послан с частями Индийской армии — с 1-м и 5-м отрядом непальских Гуркхов в Галиополи, где он был дважды ранен в обе ноги. После чего он опять побывал в госпитале в Лондоне. После выздоровления в этот раз он был послан на службу на Северо-Западную границу Индии, где в его задачу входило отслеживать и противодействовать попыткам турецких и немецких агентов вести антибританскую пропаганду среди местных афганских пуштунских племен. Некоторое время спустя он в качестве офицера разведки был переведен на службу в Шуштар — маленький провинциальный город как будто бы нейтральной Персии.

Здесь тоже шла война, но совершенно другого типа. Это была тайная война между британскими и германскими офицерами разведки за сердца и умы правительства Персии и ее населения. Если тогда англичане изо всех сил старались удержать Персию от вступления в войну, то немцы и их союзники турки изо всех сил пытались втянуть ее в войну против Великобритании. Они пытались убедить правительство Персии послать своих солдат в Индию под командованием немецких офицеров, чтобы освободить там мусульман от британского господства. Немецкие агенты попытались также втянуть и эмира Афганистана в подобные авантюры, рассчитывая с помощью воинственных афганских племен проложить себе дорогу, ведущую в Индию. Но если эмир Афганистана ясно давал понять, что он не собирается участвовать в подобного рода предприятиях, то в Персии проводимая немецкими агентами работа оказалась более действенной, и англичанам пришлось ввести на территорию Персии войска для охраны интересов Британского содружества, и некоторое число британских офицеров в результате такого рода действий даже было убито, ранено или похищено пронемецки настроенными племенами

Брешь, открывшаяся по всему восточному фронту Первой мировой войны в результате прекращения русской армией борьбы с центральными державами, теоретически позволяла германо-турецкой армии выйти на границы с Индией, тем самым угрожая интересам Великобритании с совершенно неожиданной стороны. Турки угрожали захватить жизненно важный нефтяной город Баку на Западном побережье Каспийского моря. Оттуда они могли легко переместить свои войска по Каспийскому морю в порт Красноводск на Восточном побережье Каспия, где начинала свой путь Закаспийская железная дорога (в тексте книги Бейли именуемая, как это было принято у англичан — Транскаспийская железная дорога), идущая через пустыню к Ашхабаду, Бухаре, Самарканду и Ташкенту. Таким образом, в случае овладения противниками Великобритании этой железной дорогой, они легко могли перебросить на Восток достаточное количество войск для захвата Афганистана, а затем и Британской Индии.

Но даже в случае предотвращения взятия турецко-немецкими войсками Баку и захвата ими Красноводска и Закаспийской железной дороги, в Средней Азии существовала и другая опасность, угрожающая интересам Великобритании в Индии. Во время войны в Средней Азии в лагерях для военнопленных, расположенных вокруг Ташкента, находилось тысячи военнопленных — австрийцев и немцев. Выйдя из войны, большевики освободили их, хотя не имели возможности вернуть их домой и предоставили их самих себе. Стали циркулировать слухи, дошедшие и до политического руководства Индии, что бывшие военнопленные немецкие офицеры, находящиеся в Средней Азии, предпринимали попытки сколотить из бывших военнопленных вооруженные отряды для использования их против Британской Индии.

Среди задач, поставленных руководством перед Бейли, когда оно посылало его с миссией в Ташкент, стояли задачи выяснить намерения как немцев, так и большевиков относительно их планов в отношении Афганистана и Индии и во что бы то ни стало прекратить их экспансию в этом направлении

В конце концов Бейли оказался в Ташкенте один и в течение более шести месяцев он, подвергаясь смертельной опасности, хладнокровно играл в кошки-мышки с секретной полицией большевиков, носившей название ЧК.

Вполне понятно, что вести подобную игру со столь опасным противником даже такому талантливому игроку, как Бейли было не под силу одному, без какой-либо поддержки со стороны. И такую поддержку ему оказывали, порой совершенно бескорыстно, с огромным смертельным риском для себя многие жители Ташкента

Особенно мало известно было о таком сопротивлении в Ташкенте, где репрессии советских властей по отношению к своим противникам были очень жестокими, особенно после январских событий 1919 года, и людей, способных рассказать о периоде того времени не с точки зрения советской власти, практически просто не осталось.

Весьма интересен рассказ Бейли о своем путешествии из Ташкента в Бухару, описание нравов, царящих в бухарском обществе накануне его падения под ударами советских революционных сил под командованием М. В. Фрунзе. Очень занимательна и та часть книги Бейли, в которой он описывает свое путешествие по пустыне, которое само по себе достаточно интересно с точки зрения поведения людей в экстремальных условиях пустыни.

После своего успешного возвращения из большевистской России Бейли уехал в отпуск домой в Великобританию, где он женился на Ирме Козенс-Харди, принадлежавшей к аристократической семье. Затем он вместе с женой вернулся в Индию, где продолжил свою работу в Индийской политической службе, сначала служащим в Сиккиме, отвечавшим за Тибет и Бутан, затем в качестве резидента в Кашмире и, наконец, в качестве британского министра в Непале.

У супругов Бейли не было детей. В 1938 году он с женой вернулся в Великобританию, в Норфолк. Здесь он много занимался своей коллекцией бабочек, ставшей знаменитой, которая сейчас находится в музее в Нью-Йорке. Так же, будучи любителем собак, Бейли после своего возвращения в Европу, завез на Британские острова новую породу собак, выведенную в Тибете. Эта порода назвается Лхаса Апсо, что в переводе с тибетского дословно значит «бородатая собака из Тибета». Бейли в этот период не только был активным собаководом, но и принимал участие в выставках собак, где являлся неизменным судьей в жюри

К началу Второй мировой войны Бейли был уже достаточно пожилым, чтобы участвовать в боевых действиях на фронте, но он помогал своими советами и рекомендациями организаторам одного из партизанских формирований Черчилля, которое планировалось использовать для войны против нацистов в случае оккупации ими Великобритании. Затем Бейли служил в качестве личного посланника короля Великобритании и, находясь в Соединенных Штатах, перевозил секретные депеши между посольствами Великобритании в Центральной Америке и Вашингтоном.

Помимо этой книги Бейли также были написаны еще две книги, в которых он описывал свои путешествия по Тибету.

Фредерик Маршман Бейли умер в апреле 1967 года в возрасте 85 лет в деревне Стиффки в графстве Норфолк. Посвященный ему некролог в газете «Таймс» предварялся заголовком ПОЛКОВНИК Ф. М. БЕЙЛИ — ИССЛЕДОВАТЕЛЬ И СЕКРЕТНЫЙ АГЕНТ

========================================================================

А вот что происходило в Ташкенте во время всем известных «Январских событий». Военным к

ОТЧЕТ БЕЙЛИ

В компании с М. Стефановичем, переводчиком русского консульства мы выехали из Кашгара 24 июля и пересекли границу русского Туркестана у Иркештама 31 июля. Мы нашли, что все русские таможенные служащие настроены антибольшевистски, и позднее они все вынуждены были перебраться в Кашгар. Мы прибыли в Андижан 9 августа, и здесь впервые мы столкнулись с большевистскими чиновниками, которые всегда были одеты в гимнастерку с револьвером за поясом или на столе. После пары дней задержки мы получили разрешение продолжить наше путешествие на поезде. Майор Блэкер, Хан Сахиб Ифтекхар Ахмед и я прибыли в Ташкент 14 августа 1918 года

Я сказал Дамагацкому, что есть три тесно связанных вопроса, интересующих наше Правительство, по которым мы надеемся найти дружеское взаимопонимание — (1) Мы хотим, чтобы хлопок из Туркестана перестал поставляться в Германию — (2) мы хотим предотвратить возвращение немецких и австрийских военнопленных и их участие в войне против нас; и (3) мы хотим предотвратить как среди военнопленных, так и других групп ведение англофобской пропаганды, особенно в Афганистане и Персии. Он уклонился от обсуждения всех этих вопросов и практически сказал, что он не намерен нам помогать

Как я думал, я мог бы поставлять важную информацию для наших сил в Транскаспии, которые, как мне казалось, движутся в направлении Ташкента, и надеялся, что я смогу укрыться, когда они начнут серьезно продвигаться, и сделал соответствующие приготовления. Если наши силы не продвинутся сюда, я надеялся в большей или в меньшей степени на помощь мистера Трэдуэлла, или воспользоваться иными способами

Вскоре после моего прибытия я вступил в контакт с теми, кого я определяю, как лидеров некоторых антибольшевистских организаций. Существовала большая разница между контрреволюционерами и антибольшевиками, хотя большевики всех, кто был против них, называли «контрреволюционерами». Однажды я использовал это выражение со ссылкой на человека, с которым я разговаривал, и он сразу рассвирепел и объяснил, что он далеко не контрреволюционер, а он был революционером, который ссылался в Сибирь царским правительством за свои убеждения. Однако он был в высшей степени антибольшевиком. Очень малое число людей, с которыми я встречался, желали возвращения монархического строя в России; они все хотели республики по принципу Франции или Америки, которую большевики называли «буржуазная республика». Большинство реальных антибольшевистских организаций возглавлялось генералом Кондратовичем, но основным организатором был М. Назаров. Они сказали мне, что их реальная сила составляет около 3 000 русских, и в их организации находится Эргаш с 15 000 местными жителями. Трудно оценить реальную силу этих людей

Не было никаких способов определить, как далеко распространяется эта сеть организации, и, следовательно, совершенно неизвестна ее численность, и оценка генерала в 3000 человек могла быть чистейшей воды догадкой. Эта организация усиленно просила меня снабдить их деньгами, утверждая, что полковник Пайк и мистер Макдонелл, британский консул на Кавказе, пытались получить деньги для них, но у них возникли большие трудности, и один курьер с 200 000 рублей был только что схвачен и расстрелян. Если было правдой, что эта организация финансировалась с такими трудностями с Кавказа, было очевидно, что мне необходимо платить им в Ташкенте, что я мог легко сделать, но в то же время мне была ясна опасность поддержки организации, которая в столь сильной мере полагается на помощь мусульман, и я отказался помогать им до тех пор, пока не получу ясный приказ из Индии на этот счет

Вскоре после моего прибытия я вошел в контакт с начальником контрразведывательной службы, и в обмен на некоторую сумму денег он согласился пересылать мне ежедневные отчеты моих шпионов, и я мог редактировать их и вычеркивать из них то, что я не желал, чтобы было известно. Я не доверял абсолютно этому человеку, и всегда была вероятность, что он берет мои деньги, а отсылает Отредактированные мною отчеты, но на самом деле выяснилось, что он был настоящий антибольшевик, и был убит во время Январских беспорядков. Он также предупреждал меня обо всех намерениях арестовать или американского консула, или меня самого.

Мое положение сильно отличалось от положения мистера Тредуэла, поскольку он был послан из Петрограда с правильными официальными документами, и в течение нахождения нескольких месяцев в Ташкенте в различных ситуациях воспринимался как официальное лицо, а я нет. Появление британских солдат в Транскаспии настроило большевиков против нас, и даже если я не был бы расстрелян по приказу правительства, была вероятность, что солдаты, возвращавшиеся с фронта, могли бы это сделать по своей собственной инициативе; особенно эта вероятность возрастала, если я был бы под арестом или в тюрьме. Эта опасность была особенно велика в тот момент, когда один хорошо известный бесчинствующий полк возвращался в Ташкент с фронта, и некоторые комиссары сами предпочитали спрятаться, пока этот полк не покинет город. 20 октября мы получили известие, что ответ из Москвы получен, и мы находимся в большой опасности ареста, и особенно именно я. Сообщение из Москвы, которое, я думаю, и было этим самым ответом, было опубликовано 1 ноября. Оно приказывало интернировать всех граждан стран Союзников (Антанты) в возрасте от 17 до 48 лет и в конце сообщалось «Что по поводу полковника Бейли? Все предыдущие соображения и предупредительность сейчас вредна.

Он должен быть арестован немедленно».

Это было плохо организованное и окончившееся неудачей выступление, результатом которого явилось уничтожение людей, принадлежащих к высшем классам общества в Ташкенте, которые были жесточайшим образом расстреляны в количестве около 4 000 человек. Общее русское население Ташкента составляло 90 000 человек, и число людей, относящихся к высшему классу общества легко подсчитывается; фактом является то, что пропорция убитых людей, относящихся к возрасту, пригодному для несения военной службы, была чудовищно огромной. Людей забирали в железнодорожные мастерские, раздевали там догола, так как их одежда была нужна, выставляли группами и расстреливали. Стоял ужасный холод. Многие красногвардейцы были пьяны и, стреляя, промахивались или желали помучить свою жертву, поэтому многим приходилось дожидаться, когда их кто-нибудь добьет, чаще всего штыками. Один мужчина сошел с ума и стал бегать по комнате, пока его не застрелили, и несколько человек, находившихся в комнате вместе с ним, были убиты пулями от выстрелов, стрелявших в него. Многие из палачей были мадьярами. Было расстреляно также несколько женщин и много мальчиков в возрасте от 15 до 16 лет. Один человек Толкачев хвастался, что он лично расстрелял 758 человек, и с тех пор он стал служить палачом в тюрьме, расстреливая мужчин и женщин, так как он наслаждался этим процессом. Среди этих расстрелянных был и Клеберг, глава шведской миссии Красного креста. Главным «судьей», который был ответственным за эту бойню, был некий Леппа, который был впоследствии признан виновным в присвоении награбленного золота во время этих беспорядков, за что он был наказан поражением в гражданских правах на три месяца

Одно из первоочередных дел, выполненных прибывшими из Москвы в апреле 1919 года официальными лицами, была организация «Специального отдела». Это была организация шпионов; сотни из них были служащими, многие были школьниками. Эта организация развесила на улицах объявления с просьбой всем рабочим сообщать обо всех безобразиях, совершенных буржуями, спекулянтами, саботажниками и хулигаганами. «Одно слово, один маленький факт часто являются ключом к раскрытию заговора. При желании ваше обращение останется в тайне». В таких условиях жизнь в Ташкенте была не из приятных; каждый опасался своего соседа. В конце июня, когда положение большевиков на полях сражений было плохим, было произведено много арестов среди оставшейся буржуазии, и газеты делали все, чтобы возбудить чувства людей против них

 Другим подразделением секретной службы было Отделение Военного контроля, имевшее дело с иностранными шпионами, и само посылавшее шпионов в соседние страны, но оно не занималось охотой за русскими контрреволюционерами в Туркестане. Эти два отделения были объединены под началом Буднова в ноябре 1919 года, и были отданы под управление Генерального штаба Туркестанского фронта как военная организация

Я думал, что отступление наших солдат из Транскаспия было вызвано Афганской войной. Я ожидал нового наступления, когда война закончилась, но поскольку я скрывался, было очень сложно послать сообщение, и я ничего не получал, то решил покинуть Ташкент как можно быстрее. Путь на Кашгар был невозможен без разрешения большевиков, и М. Капдевиль, французский офицер, попытавшийся воспользоваться этим путем в июне с фальшивым разрешением, был пойман. Путешествие в Мешхед через пустыню в летние месяцы было невозможно из-за жары и недостатка воды

Я был вполне готов оставаться в Бухаре, и я уверен, что мог бы достаточно регулярно получать новости из Ташкента и пересылать их в Мешхед. Единственное, требовалась некоторая помощь со стороны властей Бухары, особенно, что касалось безопасности и неприметности квартиры, в которой я жил

Впоследствии выяснилось, что большевики в Кагане так никогда и не узнали, что я был в Бухаре, и когда я был в Персии, я встретил австрийского военнопленного, сбежавшего из Туркестана в декабре, который сказал мне, что было известно, что лейтенант Мандич сбежал из Ташкента, но никто не догадывался, что я был его компаньоном

Фактом является то, что власти Бухары отказались помогать этим двум людям, рисковавшими своими жизнями при выполнении для них службы, о которой обычно люди не забывают. Я также просил их дать в долг мне для путешествия винтовки, подчеркивая, что я не мог сам легально их купить в Бухаре. Мне кое-как дали только три. Наконец я подготовился к отъезду вместе с четырьмя русскими офицерами и еще некоторыми людьми вдобавок к лейтенанту Мандичу и его жене, двум индийским сержантам и моему индийскому слуге, который приехал из Ташкента вскоре после меня. Я согласился взять этих ру

сских офицеров, так как подумал, что они будут полезны в случае столкновения с большевистскими солдатами, но последующие события показали, что я ошибся в своей оценке их личностей. Как раз, когда мы отправлялись, еще несколько русских — представители антибольшевистских сил в Транскаспии, попросились ехать с нами, так как об их присутствии в Бухаре стало известно большевикам, которые стали поднимать об этом вопрос перед эмиром. Это делало нашу группу значительно больше, чем я рассчитывал, и так как эти люди не были офицерами, и у них было несколько слуг, в последующем они могли стать обузой в случае трудностей. Однако я не знал, как я могу отказаться разрешить им ехать вместе с нами

Мы покинули Бухару после заката вечером 18 декабря 1919 года и, переехав основную железнодорожную линию, сделали остановку в селении Куман на краю степи

Лошади в этом краю были замечательные, в дороге они могли обходиться без воды. В жаркую погоду они могли идти 48 часов без воды, а в прохладную погоду даже больше. В колодцах глубиной до ста метров была постоянно соленая вода, но однажды в очень глубоком колодце оказалась прекрасная свежая вода.

За одним исключением русские спаслись бегством на безопасном берегу, даже не попытавшись открыть ответный огонь, не считая нескольких беспорядочных выстрелов, сделанных с седла. В конце концов, леди была переправлена на другой берег. Два сержанта из индийских проводников показали хороший пример русским офицерам. Все нерусские члены нашей группы были очень хорошо встречены в Персии, но, как я обнаружил, как со стороны офицеров, так и со стороны простых крестьян было очень искренне плохое отношение к русским за их деспотичное поведение во время оккупации Северной Персии, а особенно за их обстрел священной мечети имама Резы в Мешхеде

В сентябре Туркестанское правительство сообщило в Москву, что Бравин фактически был под арестом. В конце октября Суритц, бывший большевистским представителем в Копенгагене до своего возвращения в январе 1919 года, был послан в Афганистан в качестве посла. Интервью с ним было опубликовано в ташкентских Известиях 18 ноября, в котором говорилось, что стремлением социалистов был союз с Востоком и свобода его от европейского доминирования. Не имело значения, под каким лозунгом будет проходить это объединение, это вполне может быть панисламизм, но Советская Россия была их естественным союзником против капитала. «Восточные страны знают, что им не надо бояться большевизма. В течение многих лет ни один русский не мог попасть в Афганистан, сейчас они туда приглашены, таким образом, все, за что старая имперская Россия боролась с помощью своих шпионов и политических интриг 200 лет, было достигнуто большевиками мирным путем всего за несколько месяцев». Афганцы озабочены получением помощи русских инженеров на различных работах в Кабуле, включая производство боеприпасов.

3. Между большевиками и афганским правительством никогда не существовало длительного взаимопонимания, и большевики, как только могли, утаивали свои хищнические идеалы от афганцев в Ташкенте. Афганцы, естественно, во время своей войны обращались за помощью к кому угодно, но принципы советского правительства, должно быть, всегда были противны автократическому правительству Афганистана. Несколько цитат из большевистских речей и анализ их действий и намерений, будучи опубликованными в Афганистане, могут сильно изменить, я думаю, нынешние отношения между Кабулом и Ташкентом. Главный акцент мог бы быть сделан на том факте, что все большевики атеисты

. В Саратове и других городах было опубликовано обращение некоторых экстремистов, требовавших национализации женщин. Буржуи, благодаря своим богатствам, всегда могут жениться на самых красивых женщинах. Это нельзя допускать. Все женщины должны быть общей собственностью всех, и дети должны воспитываться государством. (Справедливости ради, стоит сказать, что власти в Туркестане никогда не пытались проводить эти идеи в жизнь.)

До революции русское правительство держало в Бухаре политического агента, который имел большое влияние, но не вмешивался во внутренние дела, за исключением случаев, когда плохое управление приводило к беспорядкам, и русские поддерживали эмира своими войсками. Они ограничивали численность армии 12 000 человек, которая находилась в неэффективном состоянии, имела очень слабое вооружение, не имела современной артиллерии и никогда не была сильной. В настоящее время армия состоит из 30 000 тысяч солдат и 25 000 нукеров, последние плохо обучены и плохо вооружены. Когда вспыхнула революция в марте 1917 года, эмир выпустил манифест, дарующий некоторые привилегии, но ничего значительного не случилось. После захвата власти большевиками в октябре 1917 года ничего сделано не было, но позднее «партия Младобухарцев» (революционеров) позвала большевиков из Ташкента на помощь, и в феврале 1918 года Колесов, тогда верховный комиссар, а также и комиссар по иностранным делам, прибыл в Каган (Новая Бухара) с вооруженными отрядами, и 1 марта послал ультиматум эмиру, требуя, чтобы в течение 24 часов были удовлетворены все требования партии Младобухарцев и была дарована конституция с передачей им власти. Эмир ответил выпуском двусмысленного манифеста, в ответ на который Колесов послал делегатов в Старую Бухару, чтобы утвердить полное принятие своих требований. В этот момент близ Кагана произошел вооруженный конфликт между его солдатами и жителями Бухары. Тотчас поднялись жители Бухары и вырезали всех русских, находящихся в старом городе, включая членов делегации Колесова, а позднее и убили всех русских на бухарской территории, большая часть которых жила вдоль линии железной дороги. В этот момент около тысячи русских, включая солдат некоторых маленьких пограничных гарнизонов, расстались со своими жизнями, и была разрушена железнодорожная линия. Колесов, который выдвинулся к городским стенам Бухары, затем отступил на 18 верст к Куя Мазару, так как не имел достаточного вооружения, чтобы атаковать город. Все члены партии Младобухарцев, за исключением тех, кто успел убежать на русскую территорию, также были убиты. Дело заключается в том, что большевики были введены в заблуждение относительно значимости и силы партии Младобухарцев, которые были (и являются) весьма малозначимыми. Все население, хотя и недовольное существующим плохим управлением, монархисты. После этого, с подписанием соглашения 25 марта в Кызыл Тепе, большевики признали полную независимость Бухары. Теперь в Ташкенте есть бухарский представитель, а большевистский агент в Кагане имеет доступ к эмиру или Куш Беги (премьер министр) в любое время, когда пожелает. Также в Бухаре имеется афганское консульство и представитель хана Хивы, а также представители Бухары в Кабуле и Хиве. Бухарское правительство, привыкшее всегда обращаться к помощи русского политического агента по сложным вопросам, теперь, потеряв эту поддержку, чувствует себя в полной растерянности. Они пытаются создать армию, но боятся брать на службу русских или других инструкторов из-за боязни раздразнить большевиков. В какой-то момент они ожидали помощи от солдат из Транскаспия и они разрешили туркменам войти на бухарскую территорию и атаковать большевиков у Керки, но в этот момент большевики добились каких-то успехов и продвинулись в Транскаспии, и Бухара была вынуждена искать лучший выход из сложившегося положения. Бухара всегда неофициально помогала белогвардейцам, уходившим с русской территории, и предоставляла им укрытие и оказывала помощь, но все белогвардейцы, которых я видел, были очень возмущены обращением с ними на территории Бухары. Бухара всегда будет антибольшевистской и присоединится к любой сильной партии, которая будет бороться против них, но боится действовать в одиночку, так как существует реальная возможность, что большевики смогут захватить Бухару в любой момент, как только они этого захотят. Вопрос воды является для Бухары стратегическим. Бухарский оазис (то есть полоса густонаселенной области, лежащей к северу от главной железнодорожной линии) зависит от воды, поступающей из реки Зерафшан, которая протекает через Самарканд, и подача этой воды может быть в любой момент прекращена, в этом случае Бухара может быть силой принуждена к принятию любых предложенных условий. По этой причине в период с апреля по август включительно Бухара может бороться со своими соседями вверх по течению только при условии, если сразу сможет захватить воду.

Это не относится к юго-восточным частям Бухары, которые явно больше и являются более богатыми частями страны; но судьба правительства будет решена при захвате оазиса, в котором находится город

Номинально главной Хивы является хан, узбек по национальности; но хан Джунаид Ямуда и Чаудура — туркмен, является значительно более сильным, так как поддерживается своим воинственным племенем. Говорят, что хан Хивы настроен прорусски, но, конечно, антибольшевистски. Хан Джунаид панисламист и был настроен антирусски во время войны, когда он имел связи с Афганистаном. Он мог бы присоединиться к нам всем сердцем против большевиков, если бы были предприняты активные усилия. До войны русские держали 1 500 солдат и политического чиновника в Петро-Александровске под прямым управлением Генерал-губернатора Туркестана. Большевики никогда не добивались никаких успехов в Хиве, и безуспешно пытались прислать своего представителя, и он даже не получил разрешения попасть в Хиву. Он был вынужден оставаться в Петро-Алексанровске, а их последний представитель Христофоров был убит. Его заменил татарин по фамилии Хасанов. Население Хивы едино в своей ненависти ко всем русским, но доброжелательно принимает австрийских военнопленных

Большевики всегда надеялись установить официальные отношения со своими соседями, и к концу 1918 года послали в Персию миссию во главе с Бабушкиным. Члены этой миссии были арестованы и держались как заложники для обеспечения безопасности мистера Тредуэла, меня и других иностранцев в Туркестане. Персидский консул из Ашхабада посетил официально Ташкент в ноябре 1919 года, и пока он там находился, сделал все возможное, чтобы помочь иностранцам покинуть страну. Но, в конце концов, он был вынужден опубликовать в газете письмо, в котором говорилось, что он приехал не с этой целью, и что он не будет проставлять персидскую визу в паспорт, если вначале не будет получена санкция большевиков на это.

другими иностранцами

Кардинальной чертой управления Туркестаном является то, что никому кроме большевиков не разрешено участвовать в выборах, членам партии левых социалистов-революционеров и определенного вида людям — «беспартийным» было запрещено участвовать в выборах указом в августе 1919 года

Главный эффект большевистской революции в отношении местного сельского населения проявился в том, что все стало гораздо более дорогим, и они стали уязвимы для грабежей со стороны красногвардейцев или их имущество конфискуется. Они не платят налогов, так как правительство их не собирает.

В русских поселках выборы проводятся. Русское сельское население не настроено пробольшевистски, так как оно, естественно, было против национализации земли. Они были готовы поддержать Осиповское восстание в январе 1919 года, но, с другой стороны, колебались, так как им сказали, что победа восстания будет означать возвращение старого режима, которого они боялись так же сильно, как и большевизм. Оно плохо образовано и в целом безразлично к политике и будет следовать за любым убедительным оратором.

В начале Осиповского восстания он заявил, что хочет «учредительное собрание». Это было то, что хотели все антибольшевики, и они говорили только о монархии, когда они поверили в то, что полностью победили большевиков, и таким образом повернув против себя большинство своих сторонников. Я спрашивал селян, что такое «учредительное собрание» (я сам не знал, что эти русские слова означают), они сказали, что сами точно не знают, но это что-то их старых жупелов «старый режим».

В каждом крупном городе и районе («уезде») был Совет, который выбирал исполнительный комитет. Этот районный Совет избирался поселковым Советом', но эти районные Советы были распущены в июле 1919 года. Теперь поселковые и городские Советы прямо выбирают районные Советы, представители которых встречаются в Ташкенте раз в каждые три месяца для избрания Центрального Исполнительного комитета (ТурЦИК) республики, который состоит из 75 членов. Связь с центральным правительством в Москве очень слабая, и ТурЦИК часто отказывается подчиняться приказам из Москвы.

Это положение сейчас изменилось после того, как установилось железнодорожное сообщение с центром, и политики из центра прямо руководят делами Туркестана.

Вплоть до октября 1919 года ТурЦИК выбирал одиннадцать комиссаров, которые назывались «Совком» и которые формировали кабинет и сами были главами различных департаментов. В октябре 1919 года эта система изменилась и ТурЦИК избирает «президиум», состоящий из семи членов, включая министров обороны, культуры и экономики. Этот орган обладает исполнительной властью, в то время как ТурЦИК только законодательный орган, имеющий право наложения вето на их действия. Политическая ситуация в большой степени контролируется Туркестанским комитетом Коммунистической партии (Крайкомом), который может сместить правительство в любой момент

Край практически был лишен импортных товаров, хотя, что касается еды, он в большей степени обеспечивал себя сам. Возможно товар, в котором он нуждался в первую очередь, была нефть, так как все железнодорожные дороги и заводы работали на ней. Большинство железнодорожных машин было теперь переделано на использование дров, которые имелись, но только в ограниченном количестве, доступном железной дороге. Также интенсивно использовалась на железной дороге в качестве топлива сушеная рыба. Ташкент был хорошо озелененным городом, но деревья на улицах, парках и в частных садах были вырублены этой зимой на топливо. Конечно, теперь нет настоящих частных садов, так как все частные дома в городе за исключением совсем уж малорентабельных были национализированы. Уполномоченные люди даже приходили в частные дома весной 1919 года, чтобы регистрировать фруктовые деревья, и говорили их жителям, что фрукты национализированы, и что они обязаны их сдать, когда они созреют.

В Ташкенте осенью 1919 года некоторые цены были такими:

Один аршин (2 фута) хлопчатобумажной ткани…300 рублей.

Коробок спичек… 30 рублей.

Фунт чая (0,9 английского фунта)…1 200 рублей.

Пуд (36 фунтов) хорошей муки…1 000 рублей.

Можно представить покупательную способность однокопеечной банкноты (1 /100 рубля); 3 000 которых, были ценой одной коробки спичек

Большевики были очень увлечены образованием и тем, что они называли культура. Это было строго революционным по манере. Один человек предложил при обучении истории убрать любые упоминания о королях. На улицах были развешены плакаты «Занимайтесь самообразованием», «Культура спасет нашу революцию» и т. д., было огромное количество школ в Ташкенте, где детей, как местных, так и русских, обучали пению Марсельезы и других революционных песен на русском и тюркском языках.

Большевики не могут сидеть спокойно. Они должны продвигать свои идеи или погибнуть. Их целью всегда была мировая революция. Они ожидали помощи от социалистов Европы и Америки, но они были обмануты (по их словам) западным пролетариатом. Их единственная теперь надежда была на Востоке. Они рассматривали Северную Индию и Южный Китай как достаточно продвинутые для восприятия их идей, в то время как угнетенные крестьяне Персии, как они полагают, будут готовы принять их принципы, когда они смогут их им объяснить. В Афганистане, Персии и Туркестане надо вызвать беспорядки на основе какой-нибудь идеи, которая поднимет людей (это сделает Панисламизм) и с началом этих беспорядков можно будет поднять революцию. Пропаганда должна распространяться с помощью создаваемых политических групп, которые будут агитировать законно без излишнего привлечения внимания правительства этих стран. Когда на Востоке и, особенно на мусульманском Востоке, будет принята советская форма правления, весь мир вынужден будет принять эту форму правления под воздействием военной силы на пару с прекращением поставок сырья и других поставок, которые империалистические страны должны получать с Востока. В настоящее время большевистское дело было усилено приверженностью к нему хорошо известных офицеров старого режима. Представляется невозможным, что эти люди могут быть действительно согласны с программой большевиков, и представляется вполне определенно, что они или присоединяются с пониманием того, что большевистская программа должна быть изменена, или что они смогут сами внести изменения, вступая в партию. Антибольшевики были разбиты на полях сражений, и сейчас вероятно, что без изменения названия партии программа смягчится так, что будет принята какая-то форма управления, которая будет приемлема в целом всему народу. Они уже отказались от национализации земли среди туркмен, так как крестьяне отказались засеивать землю, и они столкнулись с голодом. Я думаю, мы увидим еще много такого рода отказов от их догматов.

До ноября 1919 года было три организации: 1. Военный контроль — это был отдел Генерального штаба. Он делился на 2 части.

(1) Разведка, которая имела дело со сбором информации в иностранных государствах. Это часть имела 4 отделения.

(1) Сырдарьинской области со штаб-квартирой в Ташкенте, который имел дело с Семиречьем и китайской территорией около Кульджи.

(2) Ферганский, со штаб квартирой в Андижане, который имеет дело с Кашгарией.

(3) Бухарский, со штаб квартирой в Кагане, и имеющий дело с Бухарой, Хивой и Афганистаном, за исключением Герата.

(4) Закаспийский, со штаб квартирой в Ашхабаде, имеющий дело с Персией и афганской территорией около Герата.

Они держат постоянных агентов во всех главных городах этих стран, являющихся объектом шпионажа. Агенты также посылаются из штаб-квартир упомянутых выше 4 отделений, а также из центрального офиса в Ташкенте. Например, агенты могут быть посланы в С араке постоянным агентом в Мешхеде, Ашхабадским отделением офиса, и центральным офисом в Ташкенте, и один агент может ничего не знать про другого. Все агенты лично связаны с официальными представителями службы, таким образом, этот агент будет лично известен только одному человеку, который связан с ним, и никакому другому человеку службы, например, я был лично связан с лейтенантом Мандичем и не имел дел с другими членами организации

Следственная комиссия — эта организация, которая имеет дело с (1) контрреволюционерами, (2) спекулянтами и укрывателями, (3) контрразведкой.

У этой комиссии есть криминальный суд, обладающий правом присуждать к смерти. Все люди, арестованные Военным контролем, для дальнейшей разработки передавались в Следственную комиссию.

3. Специальный отдел — эта организация была официально открыта в мае 1919 года по приказу из Москвы. Они имеют дело с контрреволюционерами и спекулянтами в дополнение к Следственной комиссии и разведкой и контрразведкой в дополнение к Военному контролю.

Существует множество пересечений в работе этих трех организаций, а также и постоянное отсутствие взаимопонимания, трения и ревность.

В ноябре 1919 года были предприняты следующие меры.

Военный контроль был упразднен и слит со Специальным отделом, который был подчинен Революционному Военному Совету и нацелен на борьбу с контрреволюционерами и спекулянтами в армии и на фронте, на разведку за границей и на контрразведку. Большинство его сотрудников были евреи.

Следственная комиссия, которая подчинялась Центральному исполнительному комитету Республики, прямо занималась контрреволюционерами и спекулянтами среди гражданского населения.

Комиссариат Иностранных дел также посылал шпионов за границу, и его разведывательное отделение для Персии было организовано из Афганистана

В Туркестане одновременно находилось сто девяносто тысяч военнопленных… Большую часть военнопленных фактически составляли австрийцы, которые были взяты в плен в Приземсле, и другая часть в Галиции в первый период войны; но также было много немцев

 Колесов Фёдор Иванович (1891–1940) — советский государственный и партийный деятель. Работал конторщиком на железной дороге в Оренбурге, а с 1916 года — в Ташкенте. С сентября 1917 член Исполкома Ташкентского совета, один из организаторов всеобщей забастовки в Ташкенте в сентябре 1917 года, делегат 2-го Всероссийского съезда Советов в Петрограде в октябре 1917 года, где был избран членом ВЦИК, а также один из организаторов вооруженного восстания против власти представителей временного правительства в Ташкенте в ноябре 1917 года. С ноября 1917 года по ноябрь 1918 года Ф. И. Колесов являлся председателем Совета Народных комиссаров (СНК) Туркестанской АССР, то есть главой Туркестанской республики и членом Туркестанского крайкома ВКПБ (Примечание переводчика).




 Лев Михайлович Карахаи (1889–1937) — революционер, советский дипломат. Родился в семье присяжного поверенного из Кутаисской губернии. Армянин. Окончил реальное училище. В 1910–1915 годах учился на юридическом факультете Петербургского университета, экстерном окончил Томский университет (1916). В 1904 вступил в РСДРП, меньшевик. С марта 1918 года заместитель народного комиссара по иностранным делам РСФСР. С сентября 1923 года по август 1926 года посол в Китае. В 1926–1934 годах заместитель народного комиссара иностранных дел СССР. В 1934 году полпред СССР в Турции. В мае 1937 года был отозван в Москву и арестован. В сентябре 1937 года Военной коллегией Верховного Суда был приговорен к смертной казни и расстрелян. Посмертно реабилитирован в 1956 году (Примечание переводчика).



 Тридцать девять ступеней (The Thirty-Nine Steps) приключенческий авантюрный роман шотландского писателя Джона Бьюкена (John Buchan), написанный в 1915 году, главный герой которого выдуманный секретный агент — Ричард Ханни (Richard Hannay). (Примечание переводчика).



 Жозеф-Антуан Кастанье (Иосиф Антонович Кастанье) (1875–1958) — известный российский археолог и историк-востоковед, преподаватель французского языка в России, французский политический историк, специализирующийся по Средней Азии. (Примечание переводчика).



 Как следует из секретного доклада Бейли, этим человеком былгенерал-лейтенант Лука Лукич Кондратович (1866 —?) — с июля 1914 года командир Ташкентского пехотного училища, позднее один из руководителей Туркестанской военной организации. (Примечание переводчика).





 45

 Георгий Александрович Колузаев (1882–1938) — в 1917 году был фельдфебелем 1-го Сибирского стрелкового запасного полка, левым эсером. Был в 1917 году командиром отряда рабочих Ташкентских железнодорожных мастерских, а затем в 1918 году командиром Первого Ташкентского революционного боевого отряда. (Примечаниепереводчика).

 46

 Среди фамилий комиссаров Туркестанской республики, расстрелянных Осиповым во время антисоветского мятежа в Ташкенте в январе 1919 года (Четырнадцать туркестанских комиссаров), нет фамилии Пашко. Можно предполагать, что под данным псевдонимом автор имеет в виду Доната Перфильевича Фоменко, бывшего в тот момент председателем Туркестанского ЧК. (Примечание переводчика).

 47

 Апин Иван Андреевич (1877–1938) — с сентября 1919 года по январь 1920 года председатель Центрального Исполнительного Комитета Туркестанской Советской Федеративной республики (Примечание переводчика).

 48

 Вейнберг Гавриил Давыдович (псевдоним Владимир) — в октябре 1917 член Петроградского ВРК; делегат 2-го съезда Советов, затем на ответственной партийной и профсоюзной работе (Примечание переводчика).

 49

 Бравин Николай Захарьевич — уполномоченный Наркоминдела РСФСР в Туркестане, первый советский посланник в Кабуле, бывший вице-консул в г. Хое (Персия), единственный царский чиновник — российский дипломат в Персии, признавший советскую власть (Примечание переводчика).

 50



 Константин Петрович Кауфман (Константин Петрович фон Кауфман) (1818–1882) — русский военный деятель, инженер-генерал (1874). С июля 1867 года командующий войсками Туркестанского военного округа и Туркестанский генерал-губернатор. Кроме многократных поражений, нанесенных бухарцам, хивинцам и кокандцам, его деятельность ознаменовалась взятием Самарканда (1868), покорением Хивы (1873) и покорением Кокандского ханства (1875), из которого была образована Ферганская область. (Примечание переводчика).



 17 ноября 1910 года в центре перекрещивания Кауфманского и Московского проспектов Ташкента было произведено освящение места и сделана закладка памятника К. П. Кауфману, в присутствии всех высших властей, войск, учащихся и многочисленных жителей города Ташкента. Деньги на памятник собирали по подписке. Было собрано более 80 тыс. рублей. Академия Художеств объявила конкурс на проект памятника «Генералу Кауфману и войскам, покорившим Среднюю Азию». Открытие памятника по проекту И. Г. Шлейфера в центре Сквера на пересечении Московского и Кауфманского проспектов состоялось 4 мая 1913 года. Постамент украшали фигура орла о двух, глядящих в разные стороны, головах на двух шеях и бронзовые доски, надпись на главной из которых гласила «Константину Петровичу фон Кауфману и войскам, покорившим Среднюю Азию». Сквер получил название Кауфманский сквер. (Примечание переводчика).

 56

 Этот дом в Ташкенте по улице Иканской, 1 принадлежал в тот момент вдове ташкентского адвоката Буковского — Елене Казимировне Буковской. Позднее он был национализирован, и в нем располагался в советское время МИД Узбекистана и Дом дружбы с зарубежными странами. (Примечание переводчика).

 57

 Курага (англ. Curragh) место в графстве Килдэр (графство на востоке Ирландии), где исторически располагались военные лагеря.
 Первые постоянные военные структуры там были размещены правительством Великобритании в 1855 году для подготовки войск для Крымской войны. В настоящее время там находится один из учебных центров Ирландской армии. (Примечание переводчика).

 58

 Арминий Вамбери или Герман Бамбергер (венг. Armin Vämbery, нем. Hermann Bamberger) (1832–1913) — венгерский востоковед, путешественник, полиглот. В 1861–1863 годах под видом странствующего дервиша (нищенствующего проповедника) совершил путешествие по странам Средней Азии, посетив Хивинское ханство и Бухарское ханство, а затем Герат и Тегеран. Вероятно, он был одним из первых подобных европейских путешественников. В 1864 году он издал книгу о своем путешествии. (Примечание переводчика).






 64

 Яков Суриц (1882–1952) — советский дипломат, учился в Берлинском университете, с 1903 года член РСДРП — большевик. С 1918 года на дипломатической работе. В 1918–1919 годах глава советской миссии в Дании; в 1919–1921 годах — полпред в Афганистане; в 1922–1923 годах — в Норвегии; в 1923–1934 годах — в Турции; в 1934–1937 годах — в Германии; в 1937–1940 годах — во Франции; в 1945–1947 годах — посол в Бразилии. Он подготовил подписание первого полномасштабного договора с Афганистаном (1921 год). Успешно провел переговоры, завершившиеся советско-турецким договором 1925 году. В 1921–1922 годах-член Туркестанской комиссии (Турккомиссии) ВЦИК и СНК и уполномоченный Наркоминдела по Туркестану и Средней Азии. (Примечание переводчика).

 65

 Сантонин — лекарство, глистогонное средство. Составная частьи активное начало соцветий цитварной полыни (Artemisia cina). В СССР вырабатывалось на Чимкентском химико-фармацевтическом заводе из местной дикорастущей полыни. В настоящее время это вещество искусственно синтезировано. (Примечание переводчика).

 66

 Федермессер Наум Яковлевич (1886–1959) — член РСДРП с 1904 года, большевик, участник восстания на броненосце «Князь Потемкин-Таврический» и «Очаков» в 1905 году. В 1914–1917 служил в армии. В 1917 году был избран председателем солдатского комитета дивизии. После Октябрьской революции — начком дивизии. В 1918 году член горсовета Ташкента и ТуркЦИК. С июля 1918 года член Военнореволюционного штаба. С 15 апреля по 22 ноября 1919 года — военный комиссар Туркестанской Республики и член Реввоенсовета войск Туркестанской советской республики. С 22 ноября 1919-го по 25 марта 1920 года — военный комиссар Туркестанского военного округа, затем начком и военком Отдельной пограничной дивизии. В 1934 году — начальник треста «Памирстрой». В 1937–1946 годах — в заключении как «враг народа». После освобождения — слесарь, ст. механик МТС, мастер по ремонту оборудования. С 1952 слесарь в Таджикском геолошуправлении. В 1954 году реабилитирован и жил как пенсионер в г. Самарканде. (Примечание переводчика).


 «Уитакер» или «Альманах Уитакера» («Whitaker's Almanack») — ежегодный справочник общей информации, содержащий сведения о зарубежных странах. Издается с 1868 года. Получил свое название по имени своего первого издателя Дж. Уитакера (Joseph Whitaker). (Примечание переводчика.)

 70

 Свен Андерс Гедйн (швед. Sven Anders Hedin) (1865–1952) — шведский путешественник, географ, журналист, писатель, график, общественный деятель. Гедин, будучи консерватором, связанным с пангерманистским движением, стоял на германофильских позициях в Первую мировую войну. (Примечания переводчика).

 71

 Официально годом открытия Кабульского университета современного типа считается 1931 год. По-видимому, в данном случае под термином университет подразумевается какое-то медресе в Кабуле. (Примечание переводчика).

 72

 В настоящее время это город Алма-Ата (каз. Алматы) до 1921 года — Верный. (Примечание переводчика).

 73

 Пётр Алексеевич Кобозев (1878–1941) — государственный и партийный деятель. Член РСДРП(б) с 1898. В 1917 году комиссар Оренбургско-ташкенсткой железной дороги. В ноябре 1917 — феврале 1918 годов чрезвычайный комиссар ВЦИК и СНК РСФСР по Средней Азии и Западной Сибири. В марте — апреле 1918-го чрезвычайный комиссар СНК РСФСР в Средней Азии, в мае — июне нарком путей сообщения РСФСР. В июне — сентябре 1918 года член РВС Восточного фронта. В сентябре 1918 — феврале 1919 годов член РВСР. С февраля 1919 года член Особой временной комиссии ЦК РКП(б) и СНК РСФСР по делам Туркестана (Турккомиссия). В июле — сентябре 1919 года член крайкома КП Туркестана и председатель ТуркЦИК. В ноябре 1919 — октябре 1922 член колегии Наркомата РКП РСФСР. С 1923 года на научно-преподавательской работе. Был профессором и ректором Московского Межевого института, где организовал кафедру аэросъемки, в связи с чем институт в 1936 году стал называться Московским институтом инженеров геодезии, аэрофотосъемки и картографии. (Примечание переводчика).

 74

 Аристарх Андреевич Казаков (1879–1963) — участник гражданской войны в Туркестане и один из руководителей ТАСР. В январе 1919 года один из руководителей подавления «осиповского» мятежа в Ташкенте — был избран председателем Временного военнореволюционного совета. С марта 1919 года — председатель ТуркЦИК. В апреле — июне 1919 года был одновременно председателем Реввоенсовета Туркестанской республики. (Примечание переводчика).

  80

 Уже в XIX веке правый передний минарет медресе Улугбека стал наклоняться и находился под угрозой падения. В 1927 году надземная часть цоколя минарета была заключена в железобетонную обойму. Под руководством инженера М. Ф. Мауэра был разработан уникальный проект по выпрямлению. Для этого под центр тяжести минарета была подведена поворотная конструкция, а сам поворот производился при помощи винтового устройства. В 1932 году проект был осуществлен. Минарет был повернут в исходное строго вертикальное положение за 20 минут. (Примечание переводчика).

 81

 Биби Ханум (что означает «старшая принцесса») (раннее название — Масжиди джами) — архитектурный памятник, построенный в 1399–1404 годах в Самарканде — грандиозная соборная мечеть, богато украшенная изразцами, резным мрамором и росписями, которая была воздвигнута по приказу Тамерлана (Тимура) после его победоносного похода в Индию. Согласно легенде, получила свое название в честь любимой жены Тамерлана. Однако также известно, что Руи Гонсалес де Клавихо — камергер короля Кастилии и Леона Генриха III, возглавлявший посольство ко двору Тимура, в своем дневнике записал, что мечеть построена по приказу самого Тимура в честь матери его старшей жены Сарай Мульк Ханум. Интересно, что архитектурный памятник начал разрушаться уже сразу после окончания строительства еще при жизни Тимура, в том числе тогда же треснул и купол мечети. Значительные разрушения сооружениям архитектурного ансамбля были причинены во время сильного землетрясения 1897 года. В результате к моменту осмотра этого архитектурного ансамбля автором книги от него оставались лишь грандиозные развалины. В 80-х годах XX века были начаты масштабные реставрационные работы, и архитектурный памятник был восстановлен из руин в конце XX века. (Примечание переводчика).


 83

 «Заговор шелкового письма» (Tehrek-e-Reshmi Rumal) (англ. The Silk Letter Conspiracy) — тайный заговор лидеров города Дева-банд (англ Deobandi) в штате Уттар-Прадеш в Индии, ставивший целью поднять панисламское восстание в британской Индии во время Первой мировой войны. Заговорщики искали поддержку со стороны Турецкой Оттоманской империи, Германии и Афганистана. Заговор был раскрыт уголовным розыском Пенджаба после захвата писем от одного из заговорщиков — Убайдаллы Синдха, находящегося тогда в Афганистане, к другому заговорщику — Махмуду аль Хасану, находившемуся в тот момент в Персии. Письма были написаны на шелковой ткани, отсюда пошло и название заговора. (Примечание переводчика).


 Вульф Наумович Финкельштёйн (1885–1919) в 1919 году был з ам. пре д с е дате ля Ташкентского совета. Погиб во время антисоветского «Осиповского мятежа» в январе 1919 года. (Примечание переводчика).




 Чарльз Стоддарт (англ. Charles Stoddart) (1806–1842), британский дипломат и разведчик, полковник. Стоддарт был командирован в Бухару в 1838 году, чтобы убедить эмира в том, что он может не опасаться британского нападения на него, и попытаться уговорить его освободить русских рабов, чтобы избежать любого повода для атаки на него со стороны Санкт-Петербурга. Стоддарту также было дано право разработать вариант договора о дружбе между Британией и Бухарой. В конце августа 1839 года английский гарнизон в Кабуле получил донесения разведки, что полковник Чарльз Стоддарт был арестован и брошен в тюрьму. Он был казнен в Бухаре в июне 1842 года по приказу эмира Бухары Насруллы Хана за шпионаж в пользу Британской империи. (Примечание переводчика).

 98

 Артур Конолли (англ. Arthur Conolly) (1807–1842) британский разведчик, путешественник, писатель. Автор термина «Большая Игра». Капитан сикхской бенгальской легкой кавалерии, служивший в Британской Ост-Индской компании. В октябре 1841 года Артур Конолли был захвачен в плен в Бухаре, куда прибыл, чтобы помочь освободиться другому британскому разведчику — полковнику Чарльзу Стоддарту, вместе с которым он и был казнен по приказу эмира Бухары за шпионаж. (Примечание переводчика).

 99

 Аксельрод Александр Ефремович (1879–1954) — участник революционного движения, член РСДРП с 1901 года. Через Аксельрода в 1904–1905 шла переписка Ленина с Одесским комитетом РСДРП. За активную революционную деятельность в 1907 году Аксельрод был выслан в Вологду, где находился до 1909 года. Он был членом Вологодской группы РСДРП, одним из организаторов и пропагандистов социал-демократического кружка в Вологодских ж. — д. мастерских, позднее работал в Петербурге. В 1917 году во время Октябрьского восстания был одним из организаторов Красной гвардии, обеспечивал охрану Ленина. После Октябрьской революции — член коллегии Наркомата финансов. В советское время находился на военно-политической, дипломатической, и хозяйственной работе. (Примечание переводчика).


 101

 Александр Николаевич Искандер (1887, Ташкент — 1957, Грасс, Франция) — князь, младший сын от морганатического брака Великого князя Николая Константиновича и Надежды Александровны Дрейер. (Примечание переводчика).

 102

 Великий князь Николай Константинович Романов (1850, Санкт-Петербург — 1918, Ташкент) — первый ребенок великого князя Константина Николаевича, младшего брата будущего российского императора Александра II, внук Николая I. (Примечание переводчика).



 Дмитрий Леонидович Хорват (1858—1937) — генерал-лейтенант, инженер-путеец. После Февральской революции 1917 года — Комиссар Временного правительства на КВЖД (1917). С июля по ноябрь 1918 года — Временный Правитель в полосе отчуждения на КВЖД. Передал свои полномочия Временному Сибирскому правительству. Являлся одним из авторитетных лидеров Белого движения на Дальнем Востоке. (Примечание переводчика).

 119

 Иван Михайлович Майский (настоящие имя и фамилия ЯнЛяховёцкий; 1884–1975) — советский дипломат, историк и публицист, академик АН СССР. В 1932–1943 годах чрезвычайный и полномочный посол СССР в Великобритании. В 1943–1946 годах заместитель наркома иностранных дел СССР, участвовал в Ялтинской конференции. В феврале 1953 года был арестован и обвинен по ст. 58 УК РСФСР. Был освобожден в 1955 году и восстановлен в партии, в 1960 году реабилитирован. (Примечание переводчика).

 120

 Бруно Ясёнский (польск. Bruno Jasienski, наст, имя и фамилия Виктор Яковлевич Зйсман, польск. Wiktor Zysman), (1901–1938) — польский и русский советский писатель, поэт, драматург. Писал на русском, польском и французском языках. В 1925 году эмигрировал во Францию, жил в Париже, откуда был выслан за свои публикации и коммунистическую пропаганду. Был членом Французской коммунистической партии. В 1929 году переехал жить в СССР. Член правления Союза писателей СССР (с 1934 года). Жил в Москве. Летом 1937 года был исключен из Союза писателей «за контрреволюционную деятельность». Расстрелян в 1938 году. Реабилитирован посмертно в 1956 году. Дата и причины его смерти в 1950-1980-е годы фальсифицировалась (утверждалось, что он якобы умер в ссылке в 1941 году). (Примечание переводчика).

КОММЕНТАРИЙ К Переслегину

"Есть, кстати, у меня план вылазки одной. 
Ха. И сразу план? Видать, что вы штабной. "

Гусарская баллада

Несмотря на комплименты, который Переслегин раздает  плану Шлиффена из "разбора полетов" складывается другое впечатление
План Шлиффена - грандиозная авантюра, как и позже план Барбаросса, произведение штабистского ума в худшем смысле.
Собственно  сам Шлиффен полагал,что план реализуем, если французы еще и "подыграют", т.е будут действовать максимально бестолково

Изначально, видимо, предполагалось, что главные силы французов будут брошены в Эльзас-Лотарингию.Тогда то и эффективен обходной маневр такого масштаба. Мол, пока враг раскатывает губы на наш Эльзас, мы совершаем марш-бросок с полной выкладкой и, вуаля, фон Шлиффен в тылу врага!
Немцы имеют на фронте наступления подавляющее преимущество и французские резервы,спешно перебрасываемые против них, вводятся в бой по частям и уничтожаются или отбрасываются без существенного замедления темпа. В результате французская армия оказывается уничтоженной  даже прежде, чем немцы "прижмут" ее к восточной границе.
 На деле развертывание французов было более осторожным и вытянутым к северу,предусматривая действия в направлении Бельгии. Это привело к тому, что немецкие армии начали "цепляться" за противника, а между тем предполагалось,что они будут стремительно катиться на юго-запад.

Во-вторых, планируемые темпы движения немцев были физически нереальны. Немецкая пехота даже в усеченном исполнении плана Шлиффена передвигалась на пределе сил, довольствуясь "подножным кормом" (рациональные французы проводили вскрытие убитых и изучали содержимое желудков). Очевидно, что первоначальный замысел был и вовсе не реализуем, немцы просто не смогли бы поддерживать нужный темп операции, не говоря о проблемах со снабжением еще более многочисленной ударной группировки. Это грубый просчет штабного планирования. И даже если предположить, что немцам удастся достичь стадии "сражения с перевернутым фронтом", не факт, что успех сопутствовал истощенной  немецкой пехоте, терявшей 20 процентов личного состава на маршах. да еще, вполне вероятно, оставшейся без боеприпасов. Это на штабной карте обход фланга противника автоматически засчитывался как победа.

В-третьих, игнорируется проблема Парижа. Пусть это и не сильная крепость, но в силу своей роли как транспортного  узла, он становится центром притяжения для французских резервов и в любой ситуации французское командование использует парижскую группировку для удара по обходящему флангу, пока немецкоподданные совершают пешее путешествие вокруг Парижа.

 Так что максимум, что светит немцам, это более удачная конфигурация фронта к концу года, например от устья Соммы. А при точной игре со стороны французов - полный крах и капитуляция Германии 11 ноября 1914 года.
Очевидно, что  немцам не хватает резервов вообще и подвижных резервов в частности. Помимо пресловутых 2,5 корпусов есть войска левого крыла, но и французы могут наращивать силы. Стабилизация фронта показывает, что у немцев нет решающего преимущества, кроме внезапности и скорости реализации.
Откуда взять эти резервы? Посадить пехоту на грузовики, как предлагал Переслегин, можно, но  грузовик тоже нуждается в топливе и при интенсивном пробеге выходит из строя,автобанов в 14 году еще нет даже в Бельгии.  Более уместна в данном случае конница, немцы ее имеют, но применяют не слишком активно.
Есть еще одна возможность: это использовать на Западе австрийские войска (что в итоге и было сделано позже) и австрийскую конницу. Разумеется это плод предварительных договоренностей и серьезного планирования, которые идут вразрез с практикой военного и политического планирования Берлина и Вены, которые склонны не раскрывать до конца друг другу своих целей и планов.
Тем не менее это очень сильный ход, который может принципиально изменить обстановку.
Если бы австрийцы оставили в покое Сербию (временно), то  у Тройственного союза была возможность усилить группировку как на Западе,так и на Востоке: польский балкон провоцирует операцию на окружение, но немцы не выделяют сил для удара из Восточной Пруссии, такой удар, даже вспомогательный.опять кардинально изменит ход событий в 14 году на Восточном фронте. Русские армии оставляют Польшу, их глубокое продвижение в Галиции становится рискованным.
Однако такое коалиционное планирование  отсутствует.
У немцев есть и другое средство, столь же рискованное и также требующее предварительной подготовки. Пример "Гебена", своей демонстрацией на несколько дней приостановивший переброску войск из Алжира, указывает еще одну точку, где Германия может воздействовать на французские коммуникации. Если бы немцы имели в Средиземном море не 2 крейсера с непонятными целями, а эскадру, то. пусть и ценой потери кораблей, могли сорвать перевозки французов. Приостановка их хотя бы на неделю дала бы армии лишние шансы на победу.
Вывод из войны Франции, конечно не означает прекращения войны вообще. Но Италия, видимо, в войну не вступит, а может быть вступит на стороне Германии, также возможно вступление в войну на стороне Германии Румынии, а это в 15 году резко ухудшит положение России.
В целом план Шлиффена оказался ментальным "предшественником" плана "Барбаросса":
 "все расчеты Берлина на быструю победу над СССР были построены на ожидании чуда...,

 у Германии просто не было сил для разгрома Красной Армии...,

но германское командование было уверено в том, что, если не в материальном отношении, то в оперативном искусстве ведения войны, оно сможет достичь решающего военного превосходства...

Ретроспективное рассмотрение этой проблемы показывает: все военное планирование "Восточного похода" было настолько авантюристичным, что невольно возникают сомнения, руководствовалось ли вообще германское военно-политическое руководство здравым смыслом(М.Мельтюхов, Упущенный шанс Сталина)

Такой вот "сумрачный германский гений"...

Сергей Переслегин: Первая Мировая ч.2

При шлиффеновском маневре наступающая сторона постоянно угрожает выигрышем фланга противника. Непосредственно реализовать этот выигрыш, однако, почти невозможно – противник отступит по хорде дуги быстрее, нежели охватывающая группировка завершит захождение по дуге. Именно поэтому Шлиффен предпринимал очень глубокий обходной маневр: в какой-то момент противник терял способность к быстрому отходу (вследствие политических императивов, транспортных проблем или скученности войск).
Однако в процессе осуществления марш-маневра у немецких командующих регулярно возникало искушение отреагировать на ту или иную тактическую проблему маневром охвата «справа налево». Серьезных результатов, разумеется, достичь не удавалось, зато возникали разрывы с соединениями, расположенными ближе к правому флангу. Эти соединения также вынуждались смещаться к югу. В результате такого «скольжения влево» сокращалась линия фронта и, как следствие, глубина операции.
Следует помнить, что «мощь» шлиффеновского маневра в первом приближении пропорциональна «плечу», то есть расстоянию между осями расположения французских и германских войск. (Здесь под «осью» понимается прямая, перпендикулярная линии фронта, по обе стороны от которой количество войск одинаково.) Таким образом, всякий сдвиг расположения войск справа налево был невыгоден германцам. Геометрическое преимущество в маневре, которое создается шлиффеновским построением, сходит на нет в тот момент, когда оси расположения сторон начинают совпадать, и плечо операции оказывается равным нулю. В 1914 году это произошло в последние дни августа. С этого момента германские армии двигались вперед исключительно вследствие оперативной инерции» (С. Переслегин. Комментарии к М. Галактионову).

в любой ситуации сама геометрия шлиффеновского плана провоцирует частных командиров выигрывать фланги противника захождением справа. При этом противник не может продолжать бой и вынужден отступать, но германские корпуса смещаются чуть-чуть влево, расходуя запасенное в марш-маневре Шлиффена преимущество
.Клюк понимает, что предложенный им маневр изменяет стратегическую обстановку и тем самым находится вне пределов его компетенции. Он связывается с Мольтке и получает утром 31 августа ответ, в котором указывается, что «предположенное движение 1-й армии соответствует видам главного командования».
Таким образом, 31 августа командующий 1-й армией с полного одобрения Х. Мольтке одним непродуманным «ходом»:
Отказался от исполнения плана Шлиффена, не имея альтернативной оперативной схемы и времени, чтобы ее создать;
Сдвинул расположение всего германского войска к западу, подарив противнику, как минимум, два темпа. В этот момент ««скольжение влево» перестало быть оперативным фактором и приобрело стратегическое значение: вся геометрия операции нарушена, оперативное усиление упало до нуля (Правое крыло в первом приближении стало равно Левому по численности, по плотности войск оно уже уступает армиям Лотарингского направления), «плечо операции» сменило знак
Устранил, по крайней мере, на некоторое время, непосредственную угрозу Парижу, «сердцу Франции» и «центру позиции» Западного фронта;
Резко ухудшил оперативное расположение своей армии, на фланге которой теперь находился крепостной район. Может быть, Клюк действительно ничего не знал о 6-й армии, но он не мог не понимать, что в Париже у противника наверняка находятся какие-то войска – даже просто потому, что это крупнейший узел коммуникаций;
Подставил все германское войско под угрозу флангового удара с запада, так как фронт союзных армий стал длиннее германского фронта.
«Гроссмейстеру, скорее, можно простить зевок фигуры, чем такое антипозиционное решение».

К началу Приграничного сражения германское Правое крыло насчитывало 36 дивизий. В последних числах августа их осталось только 23: тринадцать дивизий были отправлены на Восточный фронт или выделены для осады Антверпена, Мобежа, Живе, охранной службы на Маасе (ландверные бригады, предназначенные для этого, запаздывали, а отчасти были уже истрачены). Разумеется, силы союзников тоже были скованы в осажденных крепостях и выключены из оперативного баланса, но за счет переброски войск с востока (7-й корпус, 55-я, 56-я дивизии) и включения в состав британских экспедиционных сил 4-й пехотной дивизии, опоздавшей к Монсу, союзное левое крыло усилилось на две дивизии и теперь насчитывало 29 дивизий.
Формально у союзников уже превосходство в силах. В действительности с учетом больших потерь французов их дивизии нужно считать примерно с коэффициентом 0,5 относительно довоенных, а немецкие – с коэффициентом 0,7. Получаем где-то около 14,5 союзной счетной дивизии против 16 германских, то есть у немцев остается преимущество в силах, но совсем минимальное. Нужно еще учесть, что французские армии приближаются к своим тыловым базам, а немецкие – удаляются от них. Оперативным фактором становятся форты Парижа. Крепость, конечно, устарела, но она является опорой для полевых войск, может компенсировать нехватку войск и их низкое качество, а главное – в решающий момент позволит выиграть время
Париж представлял собою обширную крепость-лагерь, рассчитанную на крупный гарнизон и продолжительное сопротивление. Крепость имела две линии фортов: старую, внутреннюю, обводом в 50 км, состоявшую из 15 фортов, 3 редутов и 2 отдельных укреплений, и новую, внешнюю, 150 км в окружности, из 22 фортов, 31 редута и батареи, расположенных главным образом, на правом берегу Сены. Новый фортовой пояс охватывал все те командующие высоты, на которых в 1870–1871 гг. немцы установили свои осадные батареи. Все укрепления Парижа составляли три укрепленных лагеря: северный, восточный и юго-западный. Новые форты во многом уже устарели к 1914 г. и не могли сопротивляться действию новейших артиллерийских средств. Вообще Париж не был подготовлен к обороне ни по состоянию своих крепостных верков и их вооружению, ни по количеству собранных в нем продовольственных и боевых запасов. Гарнизон состоял из пяти дивизий (83, 85, 86, 89 и 92-й) и двух бригад (166-й и 185-й) территориальных войск и морской бригады адм. Ронара, обладавших по своему составу и снабжению малой боеспособностью. Со дня своего назначения военным губернатором Парижа ген. Галлиени неоднократно просил о назначении в состав гарнизона более боеспособных войск, будучи вообще того мнения, что ввиду неготовности парижских укреплений к обороне таковая может вестись только полевой армией вне фортового пояса. Тем не менее день и ночь войсками и жителями велись работы по усовершенствованию укреплений и по усилению промежутков между фортами.
С 1 сентября в подчинение ген. Галлиени была передана 6-я армия, предназначенная для прикрытия и обороны Парижа. В ее состав были включены: прибывшая 2 сентября из Алжира в Париж 45-я (алжирская) дивизия и 4-й корпус, начавший 3 сентября высадку в окрестностях столицы».

Период с 1 по 4 сентября характеризуется неустойчивым равновесием: шлиффеновский маневр еще продолжается, но только за счет оперативной инерции. Если проводить аналогии между оперативным искусством и аэродинамикой, то можно сказать, что скорость упала, а угол атаки возрос настолько, что на правом крыле начался «срыв потока», и оно потеряло «подъемную силу». Тем не менее в эти дни германское высшее командование еще могло, по-видимому, спасти операцию, если бы действовало очень быстро и безупречно правильно» (комментарии к М. Галактионову).
Первого сентября Клюку не удалось настигнуть 5-я армию. Дальнейшее движение на юго-восток, очевидно, бессмысленно, 1-я армия сворачивает к югу, переходит реку Эна и начинает продвигаться к Марне

В тот же день командующий 1-й армией записывает в своем дневнике: «Больше нет никакой надежды достигнуть французов (5-армия). Они ускользнули без всякой помехи. Так же трудно захватить англичан. Продолжать продвигаться вперед в южном направлении опасно при угрозе правому флангу со стороны Парижа. Необходимо остановиться и перегруппировать армию, чтобы продвинуться, в конце концов, или к югу, прикрываясь со стороны Парижа, или к Нижней Сене, ниже Парижа… Если мы будем продолжать идти прямо к югу и если французы будут обороняться на Марне, следует ожидать действий со стороны Парижа против нашего фланга».
Все так, но делать Клюку в общем-то нечего: ослабленные армии Правого крыла не могут держать фронт от нижней Сены до Вердена. «Если бы Клюк не повернул на восток, Марнское сражение просто произошло бы «в другой редакции» – 1-я германская армия завязла бы в зоне Парижских фортов, а английская армия контратаковала бы ее внутренний фланг, в то время как войска д’Эспери обрушились бы на правый фланг 2-й германской армии. Возможно, этот вариант был бы несколько лучше для немцев, нежели текущая Реальность, но вряд ли различие носило бы принципиальный характер» (комментарии к М. Галактионову).

Как справедливо замечает М. Галактионов, складывается впечатление, что какая-то сила «тянет» немцев к востоку и югу. Все германское войско втягивается в промежуток между Парижем и Верденом и двигается вперед, имея на флангах крепостные районы.
«Почувствовав, что обходящее крыло «не держит» фронт операции, командиры на местах пытаются решить по крайней мере свои тактические проблемы сокращением фронта и, следовательно, снижением нагрузки на операцию. Но при этом темп маневра падает, между тем, как уже отмечалось, маневр развивается уже только за счет накопленной инерции движения. Продолжая аэродинамические аналогии: срыв потока произошел, правое крыло устремляется к земле, нос опущен» (комментарии к М. Галактионову
Шлиффен, конечно, не предполагал такого изменения геометрии своей операции. Но он отдавал себе отчет в «не предвиденных в мирное время случайностях», в связи с чем настойчиво требовал усиления Правого крыла по мере его продвижения к Парижу. Поэтому западнее 1-й армии в его Реальности должны появиться еще две войсковые группировки.
Во-первых, это дивизии эрзац-резерва, предназначенные для обложения Парижа и по своим боевым возможностям примерно соответствующие армии Монури и Парижскому гарнизону. Во-вторых, 7-я армия в составе трех армейских (ее собственные 14-й, 15-й корпуса, 21-й корпус из 6-й армии) и двух резервных корпусов (ее 14-й резервный и 6-й резервный корпус из 5-й армии
сложившейся ситуации проектируемый французами контрудар не выйдет за пределы тактической вылазки, немцы же имеют все основания заканчивать войну. «Картинка» не совсем соответствует плану Шлиффена – война внесла свои коррективы, но, пожалуй, все шансы на стороне Германии. Попытка контрнаступления приведет к остановке эрзац-корпусов и 1-й армии, вследствие чего 7-я армия нагонит соседей и выйдет к Сене. В этих условиях войска Монури будут отброшены на Париж, английские экспедиционные силы и 5-я армия – за Сену. Усиленная третья армия прорвет французский фронт на стыке 9-й и 4-й армии. Тогда Саррайль будет окружен или же принужден к отступлению от Вердена.
Но куда отступать? Практически французские войска уже не имеют свободы маневра.
Далее будут сданы Париж и Верден, потеряна линия Сены, и французам останется уповать разве что на «чудо на Луаре



Разгром австрийцев в Галиции, с точки зрения Шлиффена, был, скорее, положительным результатом: вечный спор за преобладание в германском мире не мог быть решен одной победой под Садовой-Кенигрицем. Потерпевшая поражение Австрия попадала в зависимость от Германии и, во всяком случае, переставала быть препятствием для мирных переговоров. Впрочем, Шлиффен в любом случае предполагал по итогам войны вернуть ей Галицию и не препятствовать показательной экзекуции Сербии.
Но судьба Австро-Венгрии решилась на Сене, как, впрочем, и судьба Германии.

Кризис на Западном фронте был острее и сюжетнее, чем на востоке. Барбара Такман пишет: «Так близко подошли немцы к победе, а французы к катастрофе, так велико было горестное изумление мира, следившего с затаенным дыханием за триумфальным маршем германских армий и отступлением союзников к Парижу, что битву, решившую исход войны, стали называть «чудом на Марне».
после того как 1-я армия фон Клюка перешла Марну и устремилась на юг, правый фланг германского войска оказался открыт, причем действующая против него 6-я армия Монури, во-первых, не имела «оппонента», во-вторых, могла опираться на форты и укрепления Парижа. Жоффр, конечно, не знал соотношения сил, но справедливо предполагал, что после переброски 4-го корпуса у него по крайней мере равенство. В целом обстановка провоцировала союзников на контрнаступление с решительными целями.
Но перейти в это наступление должны были армии, которые с первых боевых столкновений и до последних дней терпели поражение за поражением. И материальное и особенно моральное состояние войск было очень тяжелым, у командиров сложился своеобразный «комплекс неполноценности»: противник неудержимо двигался вперед, и все попытки остановить его хотя бы на пару дней заканчивались только новыми потерями. Между тем проектируемое между Марной и Сеной сражение должно было стать решающим. Жоффру было понятно, что, если союзники проиграют его, война на Западе будет быстро закончена
Жоффр колеблется. Он понимает все выгоды сложившегося положения, но контрудар Монури будет иметь шансы на успех только в том случае, если он будет поддержан остальными армиями – в противном случае Клюк отбросит 6-ю армию обратно к Парижу, даже не особенно напрягаясь, как это случилось под Амьеном. Но состояние 5-й и 9-й армий крайне тяжелое, сомнительно, чтобы они были готовы к наступлению
Галлиени, однако, сомневается, что противник даст французам провести контрнаступление со всеми удобствами, и настаивает на немедленных действиях. Жоффр считает их «преждевременными», но все же обращается к командующим армиями. И Фош, и д’Эспери сообщают ему, что готовы наступать, хотя состояние их армий «далеко не блестящее
Для понимания дальнейшего необходимо понимать, что планированием битвы на Марне не занимался никто – для союзников она возникла стихийно, как реакция на представившуюся тактическую возможность, немцы вообще не ожидали сопротивления к северу от рубежа Сены, и начало сражения просмотрели.
Разумеется, у Жоффра был некий план в виде концентрического наступления трех союзных армий против 1-й армии фон Клюка. Но его штабу элементарно не хватило времени, чтобы рассчитать и согласовать движение корпусов, не говоря уже об организации снабжения

Но если союзники планировали сражение «на коленке», то немцы и вовсе «играли с листа». У них не было плана единой Марнской битвы, даже на уровне благих пожеланий.[72] Каждый из командующих армиями импровизировал собственную операцию – на реке Урк, у Эстерней, у Монмирая, в Сен-Гондских болотах, на Рейно-Маасском канале. И ни одна из этих операций не рассчитывалась по картам и не проверялась в ходе штабных игр.

Армии Первой мировой войны не имели средств механизации, были очень инертны, всецело зависели от линий снабжения. Управление ими можно сравнить с вождением тяжелого грузовика, не имеющего гидроусилителя руля. Можно добавить, что двигался этот «грузовик» по очень плохой дороге, ночью, в тумане и без фар, полагаясь только на зрение шофера. Вот почему все операции неукоснительно отлаживались в мирное время – это одно давало гарантию от элементарных просмотров. И все равно в обстановке реальной войны возникало много неожиданного. Например, немцы, лишь подойдя к Парижу, обнаружили, что мощные передатчики Эйфелевой башни нарушают радиосвязь армий Правого крыла. Русские только в сентябре 1914 года соотнесли физическую географию района Карпат со временем года. Французы были очень удивлены тем, что движение по лесистому бездорожью Арденн приводит к расчленению армии и заставляет ее корпуса сражаться с открытыми флангами

«В Париже Монури спросил Галлиени: «Если операция провалится, куда мы отведем…» Глаза Галлиени затуманились. Он ответил: «Никуда». Готовясь к возможной катастрофе, он отдал секретный приказ командирам парижского укрепленного района сообщить о всех объектах, которые следует уничтожить, чтобы ими не воспользовались немцы. Даже такие мосты в сердце Парижа, как Пон Неф и Пон Александер, подлежали уничтожению. Врагу должна достаться «пустота», если он прорвется через линию обороны, сказал он генералу Хиршауэру» (Б. Такман).
 солдаты не испытывали нечеловеческой усталости немецких маршевых рот: «Около полудня состояние войска стало таким, что мы, командиры рот, заявляем майору: нужна остановка для отдыха, иначе половина роты свалится с ног. Вскоре весь полк (12-й) делает привал на лугу. Весь полк? От него не осталось и двух третей. Все лежат в глубоком оцепенении. Ни шуток, ни ругани… Тупая усталость, расслабляющее безразличие. Немыслимо сохранять походный порядок. Ничего не видно, только чувствуешь: рота выбивается из сил. Пробуем ругаться, увещевать, шутить. Никакого эха, ни одного голоса, не слышно ни смеха, ни ворчания: свинцовая воля, однотонный топот многих сотен израненных, вконец измотанных ног. И часы, о эти часы! Тот, кто требует этого от войска, знает, что требует невозможного. Значит, многое, все поставлено на карту. И в конце концов сам ответственный командир, верхом на коне, чувствует, что последний остаток энергии покидает его. Становится кусочком безвольно плетущегося стада. Все равно – все. Часы, о эти часы!» (Цитируется по М. Галактионову



Наступление англичан выводит их к району Мо-Варед, являющемуся «осью» маневра Клюка. 5-я французская армия направлена на Шато-Тьери – центр позиции германских армий правого крыла. Бюлов же – атакует болота Сен-Гонда, район, бедный путями сообщения и не имеющий ровным счетом никакого оперативного значения.

Иными словами, на севере действительно имеет место «темповая игра» против особых точек позиции (Варед и Дамартен), а на юге операционная линия 2-й германской армии направлена в пустоту. Ее наступление имеет все признаки охватывающего, но этот охват создает только непосредственную угрозу одному или двум корпусам д’Эспери. Суть дела в том, что, наступая на юг, 2-я армия не отбрасывает оперативной тени. В этих условиях «переход в класс механики» не требуется – Бюлов не может выиграть темпы у д’Эспери ни при каких условиях. Ему остается лишь надеяться, что прусская гвардия в открытом бою разгромит армию Фоша, достигнув «Седана» и тем самым в корне изменит всю оперативную ситуацию (комментарии к М. Галактионову).

Марна: 9 сентября
Решающий день, в который должно решиться, кто одержит победу в сражении. Немцам везде сопутствует тактический успех, но их стратегическое положение продолжает ухудшаться.
Впрочем, «фигур на доске еще много». На большей части фронта от Парижа до Вердена немцы, как ни странно, владеют инициативой, так что остается надежда на случайные шансы. И шансы, в общем, появляются. Возникают разрывы между 4-й французской армией и обоими ее соседями, их нечем закрывать. Фланги Фоша смяты, центр практически прорван, армия разбита, хотя и не спешит признать свое поражение и даже переходит в контратаки.
Кстати, в эти дни далеко не все французское войско проявляет подобные чудеса доблести: 7 сентября капитулирует Мобеж, хотя, по мнению командира 7-го немецкого резервного корпуса генерала Цвеля, «пехота могла еще долго оборонять эти позиции». Через несколько дней корпус Цвеля можно будет использовать на Марне.
В критической ситуации, сложившейся к вечеру 8 сентября, на сцену неожиданно выступает германское верховное командование, то есть Мольтке.
За прошедшие пять дней германское главное командование не передало своим армиям ни одного распоряжения или хотя бы совета, если не считать мертворожденного приказа от 4 сентября, который командиры на местах трактовали весьма расширительно.
Правда, Мольтке запросил Южное крыло о возможности переброски части их войск на западный фланг, но, похоже, его интересовала не столько Марнская битва, сколько фантастическая возможность высадки в Бельгии крупного русско-английского десанта. Ни дивизий, ни тоннажа для подобной операции не было в природе, о чем Мольтке должен был знать
Утром 8 сентября Мольтке проводит у себя совещание, по итогам которого принимается, наверное, самое странное решение за всю войну. Командующий германскими войсками своим устным приказом командирует на фронт полковника Хенча, о котором уже упоминалось в связи с «разъяснениями» приказа Мольтке фон Клюку.
Мольтке и Хенч о чем-то договариваются, после чего Хенч на автомобиле начинает последовательно объезжать штабы германских армий, начиная с востока. «Хочется процитировать «Алису в Стране чудес» Л. Кэрролла: «все страньше и страньше…» Сугубо формально, не дело руководителя разведывательного отдела Генштаба инспектировать штабы армий «для уяснения положения». Эту работу может выполнить любой выпускник академии в звании капитана или майора. Если же речь шла о принятии на месте ответственных решений, то поехать надлежало самому Мольтке, в самом крайнем случае – начальнику оперативного отдела Таппену.
В критический момент войны функции Верховного главнокомандующего были устным распоряжением возложены на офицера связи в звании полковника. Это, конечно, беспрецедентный случай в анналах военной истории» (комментарии к М. Галактионову).
В течение дня 8 сентября Хенч посещает штабы кронпринца, герцога Альбрехта и Хаузена. Вечером он приезжает к Бюлову. Они довольно долго обсуждают оперативную обстановку, причем основное внимание почему-то уделяют положению 1-й армии, которое Бюлов знает очень приблизительно, а Хенч не знает вообще (он туда еще не доехал, а в Люксембурге, в штабе Мольтке, информации об армиях Правого крыла почти не было, собственно, и Хенча послали в первую очередь за этой информацией). В конце разговора полковник Хенч прямо приказывает генерал-полковнику Бюлову начать отступление «в случае перехода Марны крупными силами противника».
Хенч ночует в штабе 2-й армии, а утром отправляется в Марейль.
Бюлов приказ об отступлении своего Правого крыла отдает, но левым продолжает наступать на Сезанн, возможно, надеясь все-таки разгромить Фоша и создать фланговую угрозу корпусам д’Эспери.
К вечеру он добивается успеха. Взят ключевой пункт позиции Фоша – замок Мондеман. Заняты высоты Монт-У. Саксонцы 3-й армии захватили Майи, брешь между 9-й и 4-й французскими армиями начала приобретать опасные очертания. Старший лейтенант Эган-Кригер объехал фронт гвардии и саксонцев и, убедившись, что «господствующие высоты Монт-У захвачены немецкой пехотой» и что «последние силы французов обратились в бегство», поспешил обратно в штаб 2-й армии, сказав шоферу, чтобы «он ехал, как если бы дело шло о его жизни» (цитируется по М. Галактионову).
Дело шло об исходе войны. И было уже поздно. Третий корпус армии д’Эспери охватывал фланг Бюлова. Восемнадцатый корпус приближался к центру позиции всего поля Марнской битвы – городу Шато-Тьери. Французы приступили к захвату переправ через Марну
К вечеру 9 сентября немецкие армии Правого крыла начали общий отход. Выиграв все частные бои, они проиграли сражение в целом
С 1 по 10 сентября 1, 2, 3, 4 и 5-я германские армии, имевшие по спискам 695 884 человека, потеряли убитыми, ранеными и пленными 51 666 человек, не считая заболевших.
Когда все уже закончится, Мольтке скажет, что Хенч превысил свои полномочия: «Полковник Хенч имел только поручение передать 1-й армии, что, если ее отход станет необходимым, она должна отойти на линию Суассон—Фим, чтобы таким образом снова примкнуть ко 2-й армии. Он никоим образом не имел задания сказать, что отступление неизбежно. Приказ об отступлении 1-й армии не отдавался мною. Также и приказ об отступлении 2-й армии».
Честно говоря, это даже читать как-то неловко. Приказ об отступлении был единственной попыткой Верховного главнокомандующего вмешаться в ход решающего сражения. И если Мольтке на самом деле не отдавал такого приказа, значит, битва на Марне вообще прошла мимо него

в решающем сражении Первой мировой войны три германские армии Правого крыла управлялись офицером разведки в звании полковника

Таким образом, к вечеру 9 сентября генеральное сражение было «в целом закончено», и вместе с ним завершился содержательный этап великой войны.

Но в тот момент так не считал никто
Они не знали и не могли знать, что Марнская битва закончилась, а маневр Шлиффена сорван окончательно и бесповоротно. Жоффр всерьез рассчитывает на полный разгром правофланговых германских армий и на крушение Западного фронта: «Победа теперь заключается в ногах нашей пехоты». Немцы искренне считают свой отход досадной случайностью и полагают, что вскоре они возобновят наступление и на этот раз добьются стратегического успеха.
В результате, сражение на Западном фронте будет продолжаться с неослабевающей ожесточенностью еще три месяца
Господствует идея как можно быстрее возобновить наступление, в этом духе и отдаются распоряжения войскам. Но «внизу» настроения совершенно другие – и Бюлов, и Клюк озабочены только тем, чтобы не проиграть войну сразу.
Кризис управления в германском войске продолжает развиваться. Двенадцатого сентября снят Хаузен, 14-го числа «по болезни» отстранен от командования Мольтке.

К шести часам утра дивизии 7-го резервного корпуса достигли юго-восточных окрестностей Лаона. За три дня пехота прошла 140 километров, и войска смертельно устали: число отставших превысило 20 % наличных сил

Бои на реке Эна выявили два важных обстоятельства. Обострился и стал оказывать серьезное влияние на ход боевых действий кризис военного снаряжения, первые признаки которого обнаружились на Марне и при штурме Мобежа. Резко упали боевые возможности войск. К середине сентября армии мирного времени еще не были выбиты до конца, но уже были очень велики потери в лучших, наиболее квалифицированных кадрах, в военных специалистах. Немецкие источники именно с этим связывают ухудшение качества артиллерийской стрельбы, впервые отмеченное как раз в битве на Эне. Кроме того, люди устали и физически, и психологически, война окончательно утратила для них свое мрачное очарование, пропало желание сделать больше, чем этого требует приказ и воинский долг.
В таких условиях трудно ожидать от войск «наступления до конца» и «решительного натиска, невзирая на потери». На первый план встает задача обеспечения безопасности частей и соединений: важнее не проиграть, чем выиграть. И, встречая серьезное сопротивление, войска останавливаются. В середине сентября тактическая подвижность падает до нуля – ни немцам, ни французам не удается продвинуться почти нигде. Останавливается наступление 9-й армии Фоша в Аргонах. Герцог Альберт не может продвинуться вперед в районе Витри-ле-Франсуа, в свою очередь французам не удается сбить 4-ю германскую армию с сильных позиций у Сюипа. Не принесло успеха сосредоточение 280 тяжелых орудий против укреплений Нанси. Лишь кронпринцу Вильгельму удалось к концу месяца захватить Сен-Миель, образовав весьма неприятный для противника выступ к югу от Вердена. Развить этот успех, достигнутый в основном за счет несогласованности действий французов, оказалось невозможно
Фронт установился по изохроне: линии, вдоль которой стороны могут перемещать войска за одинаковое время.

Поскольку дорожная сеть Франции ориентирована на Париж, который оставался в руках Антанты, прямые перемещения союзных корпусов через Париж проходили быстрее, чем кружные переброски немецких соединений через Трир, Аахен, Льеж и Брюссель – этим и только этим объясняется выгодное для союзников начертание фронта по завершении «бега к морю





формально весьма вероятный (0,8 × 0,67 = 53,6 %) сценарий: «коллапс Западного фронта при разгроме немцев на Восточном фронте», – невозможен в силу спонтанного нарушения симметрии. Где-то – на Западе или же на Востоке – фронт рухнет раньше, тогда на другом конце Европы слабейшая сторона сможет продержаться, рассчитывая на помощь победоносного союзника
Позиционная война на два фронта не сулит Германии и Австро-Венгрии ничего хорошего, но такая война с неизбежностью будет длительной. А это означает, что Великобритания понесет слишком большие финансовые затраты, Франция и Россия потеряют слишком много солдат и военного снаряжения. Победителем в войне окажется держава, не участвовавшая в генеральном сражении, а в ряде версий и вообще не вступавшая в войну. Добро пожаловать в привычный нам «Pax America

Позиционный фронт на Западе, позиционный фронт на Востоке, «Ютландский Трафальгар». Версия предыдущего сценария, в котором реализуется «дикая карта» – быстрая и решительная победа Великобритании на море.
В этом сценарии США и Великобритания как бы «выходят в финал», впоследствии между ними с неизбежностью вспыхивает война. По результатам анализа стратегических игр это происходит между 1921 и 1934 годом, скорее – ближе к первой дате. Боевые действия идут на Атлантическом океане и в Канаде. Если проанализировать ряд послевоенных высказываний Д. Битти, можно сделать вывод, что даже в Текущей Реальности такая война имела шансы на реализацию, но получился Вашингтонский договор, узаконивший мировое лидерство США без военных действий

Позиционный фронт на Западе, разгром немцев на Восточном фронте. Сценарий, в котором Россия оказывается неоспоримым победителем в войне, перекраивает карту Балканского полуострова и проводит инфраструктурную и технологическую модернизацию за счет Германии и Австро-Венгрии. Этот мир – «Pax Rutenia» имеет высокую вероятность реализации – 36,2 %.

(IV) «Позиционный фронт на Западе, разгром немцев на Восточном фронте, «Ютландский Трафальгар». Версия предыдущего сценария, в которой «в финал» выходят Россия и Великобритания и, естественно, раньше или позже начинается противоестественная, но привычная «Борьба слона с китом». Вероятность реализации – 4 %.

Коллапс Западного фронта, позиционный фронт на Востоке, «Ютландский Трафальгар». Основная версия войны по адмиралу Д. Фишеру: Великобритания спасает Европу за счет своей морской мощи и восстанавливает «Pax Britania» с вероятностью 4,2 %.

(VIII) «Коллапс Западного фронта, коллапс Восточного фронта», то есть полная победа Германии на Западе и на Востоке – самая резкая редакция «Моста Ватерлоо» – Реальность Гитлера. «Ютландский Трафальгар» здесь расщепления не дает. Вероятность реализации составляет 10,4 %.
Заметим, что этот сценарий, как ни странно, не так уж благоприятен для Германии: немецкие войска прорываются далеко внутрь России, война для России начинает приобретать действительно Отечественный характер – и мы неожиданно оказываемся в хорошо знакомых сценариях Второй мировой войны, причем весьма близко к ее Текущей Реальности. В очередной раз подтверждается мысль, что, в сущности, Вторая мировая война есть прямое продолжение Первой и попытка ее переиграть

Мост Ватерлоо: редакция Вильгельма», соединение Первой и Второй мировых войн в единую войну, структурно близкую к Первой – 2,6 %.

«Мост Ватерлоо: редакция Гитлера», соединение Первой и Второй мировых войн в единую войну, структурно близкую ко Второй – 10,4 %.

Вероятность реализации «Французского мира» строго равна нулю. Франция могла оказаться в лагере победителей (в Текущей Реальности так и получилось), но исторически она проигрывала войну неизбежно. Такова психоисторическая расплата за национальную паранойю с Эльзасом и Лотарингией.

4. Планирование Шлиффена оказалось адекватным и давало Германии значительные шансы на успех. Вероятность «Германского мира» составляет свыше одной трети, что для такой ситуации очень много.

5. Высока вероятность и «Русского мира», что свидетельствует о хорошей работе российского Генерального штаба в период после Русско-японской войны.

6. Весьма важно, что Текущая Реальность имеет очень низкую вероятность
текущей реальности все основные игроки исчерпали свой запас военной удачи: Франция в битве на Марне, Германия в Восточной Пруссии, Россия в Сарыкамыше. Другими словами, Текущая Реальность соткана по крайней мере тремя чудесами и должна считаться неустойчивой

Следует обратить внимание на то, что вероятность Британского мира выше, чем у Американского, что в подобной ситуации (катастрофа, матрица сценирования близка к чисто мнимой) выглядит странным. С одной стороны, это, конечно, указывает на наличие у Великобритании проектности. Но, в общем и целом, у США она тоже была, где-то начиная с Теодора Рузвельта. Можно предположить, что внутри инерционного сценария «доброй старой Англии» вызревали совершенно иные сценарные возможности, и с этой точки зрения Британия была гораздо более похожа на Германию с ее магической цивилизацией, нежели кажется на первый взгляд.
Я склонен считать, что в Британии было скрытое двоевластие, когда верховная власть короля уравновешивала не политико-экономические вектора настоящего, а сценарные вектора Будущего.
Эти два «скрытых будущих» с высокой условно магической составляющей можно назвать «стимпанком» и «киберпанском». Стимпанковское будущее оказало влияние на английский детектив, в то время как киберпансковское – на английскую фэнтези и, прежде всего, на Толкиена и Льюиса. Магический характер обеих версий позитивного английского будущего привел к явной слабости в Великобритании жанра сайенс фикшн (как и в Германии, стоило бы заметить).
Если некротическая немецкая цивилизация описывается формулой Бержье «Магия плюс танковые дивизии», то магическая британская цивилизация – формулой «Гендальф серый плюс линейный флот».
Но непременным условием такого Будущего был «Ютландский Трафальгар» – полная, решительная победа Гранд Флита над флотом Открытого моря в генеральном сражении, причем никак не позднее весны 1915 года. И даже после этого нужно было выигрывать «Войну братьев» и как-то «пригасить» «русского медведя

Цивилизационные войны по мере глобализации ресурсных противоречий переходят в стадию футуроцида. Если результат не может быть достигнут в течение одной войны, то с момента первой такой войны возникает непрерывная череда войн, занимающих последовательные циклы развития, при этом по мере нарастания конфликта у сторон индуцируются экзистенциальные противоречия.
Такая последовательность войн несет объективный характер, вызванный нехваткой ресурсов и (индуцированными) экзистенциальными противоречиями, и не может быть прекращена или остановлена только волей участвующих в ней сторон.
Пределом этой последовательности может быть или цивилизационная деградация с наступлением новых Темных веков, либо фазовый переход, в процессе которого сторона, совершившая его первым, обретает фазовое преимущество. «Рынок развития» вновь становится открытым за счет использования новых ресурсов, ставших доступными после осуществления фазового перехода