Асташов А.Б. Русский фронт 1914-начале 1917гг.:
военный опыт и современность,М. Новый
Хронограф , 2014
Из всех цифр о состоянии русской армии
в Первой мировой войне наиболее запутанными
являются данные о потерях. Здесь соединилось
все: несовершенство военной статистики,
нежелание командования частей указывать
подлинные цифры попавших в плен и дезертиров,
недостаток архивных исследований. Образовалась
громадная величина в 2-2,5 млн чел. сверх указанных
в официальных данных статистики царской
армии. Эти потери и списывали или на героизм
(подчеркивая количество убитых от 640 тыс.
до 3 млн чел.), или на тяготы (количество раненых
от 2,3 до 4,8 млн чел.), или на нежелание воевать
(количество пленных от 2,4 до 3,9 млн чел.), или
на недисциплинированность и даже революционность
(количество дезертиров от 190 до 1800 тыс. чел.)
армии.
Существуют разные цифры погибших
военнослужащих в годы войны. По официальным
данным царской статистики, в течение
всей войны погибло и умерло от ран всего
643 614 чел. Фактически те же данные указаны
в издании «Санитарная служба русской
армии в войне 1914-1917 гг.» Согласно же расчетным
данным Головина, число погибших, включая
умерших в госпиталях, на эвакуационных
пунктах и т.п., составляло 1 300 000 человек.
Б.Д. Урланис исчисляет количество погибших
в 1 800 ООО чел. Вслед за ним Г.Ф. Кривошеев, также
используя расчетные данные, доводит
цифру боевых потерь до 1 890 369, а вместе с небоевыми
(в плену, от несчастных случаев) до 2 254 369 чел..
А.И. Степанов считает приемлемыми цифры
погибших военнослужащих, опираясь на
некоторые зарубежные издания, в 3 млн человек.
В последних публикациях на Западе настаивают
на цифре в 1,45 млн погибших для русской армии,
что составляет 1,15% к населению России. Это
самая низкая цифра погибших из всех стран-
участниц войны: во Франции она равняется
1,28% населения, в Германии 1,32%, в Австро-Венгрии
- 1,56% и в Британии - 1,57 %. Согласно этому автору,
Германия держала на Западном фронте
вдвое больше войск, чем на восточном. Но
при этом на Западном фронте было 1,214 млн
погибших, а на Восточном в 3,8 раз меньше
- 317 тысяч погибших или пропавших без вести.
То есть германский солдат имел вдвое
больше возможности выжить, чем на Западном
фронте, и в пять раз больше, чем русский
солдат на Восточном фронте
Еще больше неясностей возникает при
исчислении количества раненых и места
их количества в общем балансе потерь.
По статистике царской армии, количество
раненых и больных, эвакуированных с фронта
(без Кавказского фронта), исчислялось
в 4 802 060 (2 498 380 раненых и 2 303 680 больных). Однако в другом
месте число раненых, контуженных и отравленных
газами оценивается в 2 754 202 чел, то есть без
больных, что означает выбытие из общего
баланса сразу 2,1 млн человек. Возможно, однако,
речь идет о раненых, не вернувшихся в строй,
погибших, получивших увечья или инвалидность.
В самом деле, в сборнике «Санитарная служба»
процент возвращаемости в строй в русской
армии оценивался в 49% ко всем эвакуированным.
Исходя из этого, количество раненых (то
есть, изъятых из службы) к 1 январю 1917 г. определяется
в 2 402 135 человек.
если в русско-японской войне поражение
от оружия, артиллерии и холодного оружия
составляло соответственно 82, 16,4 и 1,6%, то в Первую
мировую войну - 11, 64 (а в некоторых местах - 90)
и 15%.
Особенно неясен вопрос о количестве
пленных русской армии. Учет их в армии
не был налажен. Только в марте 1915 г. при ГУГШ
был образован специальный отдел, занимавшийся
пленными, но - всего лишь с целью выяснения
антигосударственных преступлений, совершенных
ими при нахождении в плену. Для учета количества
пленных пользовались данными, полученными
от Красного креста на территории противника.
Эта цифра определяется в 3 911 100 чел. В сборнике
«Россия в мировой войне (в цифрах)» она
определяется (вместе с пропавшими без
вести) в 3 638 271 чел. Головин указывает цифру
2 417 ООО человек, в работе «Санитарная служба
в армии» указана цифра в 2 548 398 чел.Бескровный
вновь возвращается к цифре, указанной
в трудах комиссии в 3 911 100, а Кривошеев насчитывает
2 384 ООО пленных. Даже автор самой большой
работы о пленных затрудняется указать
точную цифру пленных, давая ее в промежутке
от 2,5 до 3,5 млн чел. В последних западных работах
по истории Восточного фронта мировой
войны цифра пленных указывается по сборнику
«Россия в мировой войне (в цифрах)»: 3 409 433 захваченных
в плен и 228 838 пропавших без вести. Это означает,
что на каждые 100 погибших в русской армии
было 251 захваченных в плен или пропавших
без вести по сравнению с 150 в Австро-Венгрии,
92 в Италии, 65 в Германии, 4 во Франции и 21 в Британии.
То есть русский солдат чаще оказывался
перед неизбежностью пленения и реже
- перед возможностью выжить
Всего на 1 января
1917 г. потери составили 5 840 354 чел. Согласно же
указанным в литературе расчетным данным,
при общей цифре боевых безвозвратных
(то есть не вернувшихся потерь в 6 млн чел.,
цифры разнятся только в определении
количества пленных и убитых. Баланс потерь
армии можно определить следующими цифрами
при общей мобилизации в 15 123 тыс. человек
убитых и умерших было 640 000-1 450 000 человек, пленных
- 2,4-3,9 млн, раненых - 2,4 млн чел. В действующей армии
на апрель 1917 г. насчитывалось 9 050 924чел. На осень
1917 г. насчитывалось ок. 8 534 511 человек, включая
1,8 млн запасных войск на фронте и внутренних
округах.
Согласно Н.Н. Головину, впервые поднявшему
этот вопрос, в русской армии реальное
количество «штыков» значительно, в несколько
раз, было меньше состава действующих
армий противников и союзников. Так, разница
между числом людей, бывших на довольствии
у интенданта армии на театре войны и в
действующей армии, на осень 1916 г. составляла
более 2 млн человек. На весну 1917 г. это превышение
исчислялось уже в 2,2 млн чел. Однако и в самой
действующей армии не все принимали участие
в непосредственных боевых действиях.
Так, в конце 1915 г. начальник штаба ВГК ген.
М. В. Алексеев утверждал, что из 5,5- 6 млн стоявших
на довольствии армии на фронте, не считая
внутренних округов, набиралось около
2 ООО ООО бойцов. То есть получалось, что
на одного бойца на передовой приходилось
3-4 бойца в тылу. Такого же рода данные приводились
и в записке Особого совещания по обороне
в ноябре 1916 г., согласно которой в России
приходится на одного воюющего 2,25 человека
в тылу, а во французской армии - только 0,5
чел., то есть в 4,5 раза меньше. В архивных документах
есть подтверждение подобным расчетам.
Так, на февраль 1917 г. на фронтах числилось
6,2 млн человек, но реальных «штыков» и «сабель»
- 1 563 362, что составляло около 27% состава армии
(расчет сделан с интерполяцией на неуказанные
данные по Кавказскому фронту). По данным
же на 1 сентября 1917 г., согласно справке дежурного
генерала, в действующей армии насчитывалось
4 758 795 человек, но бойцов насчитывалось только
1 654 002 человека - 27,68%*. Указанные архивные документы
подтверждают догадки Головина, согласно
которым «живая сила армии» составляла
постоянную величину в 27% от списочного
состава на протяжении более 1,5 лет существования
русской армии в период ее активных действий
до 1917
Комментариев нет:
Отправить комментарий